И здесь мы наконец можем разрешить некоторые сомнения. Мы доказали, что извивы лабиринта символизируют спиральный замок или «город Трою», куда священный царь, жрец культа Солнца, переселяется после смерти и откуда, если ему посчастливится, он возвращается. Весь этот миф в ясных и недвусмысленных деталях представлен на этрусской ойнохое из Тральятеллы, относящейся к VII в. до н. э. На росписи мы видим двух конных героев. В руках у их предводителя – щит с изображением куропатки, за ним на крупе коня примостился демон, обликом напоминающий обезьяну. В руках у его спутника – копье и щит с изображением утки. Они едут из лабиринта с надписью «TRUIA» («Троя»). Судя по всему, священный царь, хотя и обреченный погибнуть, подобно куропатке, в кустарниковом лабиринте и уступить престол выборному наследнику, на сей раз избежал этой участи. Как ему это удалось, показано на другой росписи того же кувшина для вина: невооруженный царь возглавляет двигающуюся по солнцу процессию из семи пеших воинов, каждый из которых несет по три дротика и по огромному щиту с изображением вепря. Замыкает шествие вооруженный копьем наследник и заместитель царя, эмблемой которого и служит вепрь. Эти семь пеших воинов, очевидно, олицетворяют семь зимних месяцев наследника и заместителя царя, которые приходятся на период с урожая яблок до Пасхи. Царя предупреждают о том, что вскоре он будет принесен в жертву. Царя встречает ужасная жрица луны в темном одеянии; угрожающе подбоченясь, она протягивает царю яблоко, открывающее для него врата рая. Дротики сулят ему гибель. Однако царя ведет другая женщина, маленькая фигурка в таком же одеянии, что и жрица: если царь – Тесей, мы можем назвать ее Ариадной; она помогла царю спастись из лабиринта. А он храбро показывает на ладони амулет, позволивший отвратить насланные на него чары, – пасхальное яйцо воскресения. На Пасху «троянские танцы» исполнялись в вырезанных из торфа лабиринтах Британии. Такие танцы бытовали и в Этрурии, где знаменитый царь Ларс Порсенна, владетель Клузия, повелел соорудить свой собственный мавзолей в виде лабиринта. (Подобные гробницы-лабиринты знала и доэллинская Греция: они существовали возле Навплии, на островах Самос и Лемнос.) Найденное в Перудже этрусское яйцо из полированного черного трахита, опоясанное рельефно выточенной стрелой, – все тот же священный амулет. Рядом с копьеносцами красуется надпись «MAIM», рядом с царем – «EKRAUN», рядом со жрицей – «MITHES. LUEI». Если, как можно предположить, это надпись на каком-то западном диалекте греческого языка, то данные слова можно расшифровать соответственно как «Зима», «Я властвую», «Провозгласив, она освобождает». Буквы рядом с Ариадной прочитать не удается.
Хромой царь часто олицетворяет в мифах тайны кузнечного ремесла. Образ Иакова был частью культа бога-кузнеца у кенеев. Талос, согласно одним источникам, был сыном кузнеца Дедала или его племянником по матери, а согласно другим – выкован в кузнице бога Гефеста. Дионис носил эпитеты «pyrigenes» и «ignigena», которые означали «порожденный огнем» и содержали намек на появление на свет осеннего Диониса Поганки от удара молнии. В этом смысле Диониса можно отождествить с Талосом. Скандинавский бог кузнечного мастерства Вёлунд охромел из-за коварства женщины.
