Хем плотным образом занялся углём, вытащив куски их костра и натолчя его в мелкую пыль; из веточек он сплёл корзиночку, обмазал её тонким слоем глины и обжёг на костре: получилось то что надо, хрупкий горшок, разбивавшийся от одного неосторожного цока. Хем тут же изобрёл «взрыватель», в виде длинной нитки — если запулять горшок аккуратно, нитка дёрнет за его внутренности и разорвёт в воздухе, высыпав тучу угольной пыли. По совету одной из грызуний Хем опробовал и пружину из тонких веток: она сжималась и закреплялась на деревянной же оси с дыркой и поперечным ступором; при сотрясении от удара о землю ступор вылетал, пружина с силой распрямлялась, разбивая горшок и выкидывая угольную пыль. Испытания выявили, что горшки дают приличный выброс, так что если попасть аккурат в обеза — результат обеспечен. Кроме того, Марамак тут же испробовал выдувать мелкую пыль поршнем огнемёта — вылетала она всего на два-три шага, и насыпать её приходилось влапную, но эффект также почти гарантированный. Ввиду этого программу по выпуску толчёного угля и гранат утвердили.
Хем и Дара как раз тащили вверх по склону очередное бревно, когда прозвучал цок тревоги; грызи быстро разобрали оружие, закрепленное на поклажу, и побежали к гнездищу. Лучше лишний раз побежать, чем оказаться отрезанными от укрытий. Как оказалось, это правильно: обезы подошли со стороны озера, по берегу, откуда их не ожидали, и наблюдатель заметил их поздновато, так что пришлось поднажать на бег. Тушей было штук двадцать, причём среди них сразу угадывались давешние подранки, покоцанные стрелами. Грызи сбежались к гнездищу, перейдя ров и будучи готовыми скрыться внутри. Обезы уже добежали до рва, и один из них смело перемахнул его сходу, оказавшись как раз напротив окошка — оттуда ударили первым чем попало под лапу, копьём, и туша свалилась в ров. Остальные откатились назад, за низкие кусты на склоне.
— Что они там вытворяют?
Хем недолго думая поднялся по наклонной стене гнездища, поросшей мхом и травой, встал на самый верх и посмотрел оттуда. К его удивлению, два обеза тащили шкуру, на которой лежала куча камней! Ещё четверо шли сзади, подбирая постоянно сползающие камни и кладя их на место.
— Они подтаскивают камни! — сообщил Хем.
— Тупь скотина!
Грызю сверху была отлично видна позиция, и очень захотелось загрызячить из крестолука — как на стерльбище, точно попал бы. Однако он вспомнил, что план был совсем другой.
— Дар, где пышки?
— У костра, — резонно отцокала Дара, — Там, в яме. Я сбегаю!
— Стоять!! — рявкнул Хем, — Они слишком близко, и главное бегом ты раздавишь пышки.
— Точно, — согласилась белка, — Тогда как?
Хем не забывал поглядывать на супостатов, так что первые полетевшие бульники не проворонил, спрыгнув за укрытие. Тяжёлые камни сносили песок с насыпи гнездища и плюхались вокруг.
— Ещё твари, со стороны холмов, рыл двадцать!
Дело оказалось не таким простым, как виделось ранее — чтобы использовать пышки (пылевые горшки) еще предстояло их достать. Обезы появились рядом с гнездищем, так что грызи нырнули внутрь, дабы не попасть под камни. Внутри было жутко душно и темно, только из окошек тянулись лучи света. Хорь с заряженным пылью огнемётом высунулся из прикрытой двери и дал выстрел, щедро окатив одного обеза; после такого выстрела следовало закрыть глаза и протереть морду мокрой тряпкой, воизбежание. Ещё один залп сделал Марамак из окна.
— Неплохо пошло! — цокнул он.
— Надо убрать их от костра, там мясо, и главное сам костёр!
Несмотря на желание порвать грызей, обезы не могли проигнорировать запах от костра и стали стягиваться туда — обе подошедшие группы соединились, и уже здоровенная толпа чёрных тварей тусовалась по холму, создавая непрерывный гвалт.
— В тачкотанке! — цокнул Хем, — Дара, прикрой косой!
— Цок!
Быстро выбравшись из двери, Дара взмахнула косой, отпугивая ближайших обезов; пока она это делала, Хем уже прыгнул через ров и как змея, упаковался в узкую крышку снизу ящика. Оказавшись там, грызь немедленно отпустил рычаги «ёжовых игл», и копья по сторонам тачкотанке заняли горизонтальное положение, враз заставив тварей сдать назад. Под этот шумок в ящик проникли Марамак и Хорь, после чего крышку закрыли. Видно отсюда было плоховато, только через смотровые щели и бойницы, зато брошенные обезами камни бесполезно бумкали по щитам, отскакивая.
— Продайте себя! — орал наружу Хорь, — Тупаки!
— Хорош орать, — цокнул Марамак, — Педалируй.
