Белое с кровью полностью

Ника запнулась, но Алекс понял, что она хотела сказать. Как бы он ни старался отгородиться, но до него регулярно долетали обрывки тревожных разговоров о разрушительной силе Полосы. Советники его отца гадали, сколько еще пройдет времени, пока туман полностью не поглотит их землю, а Кая Светуч неоднократно в разговорах со Стефаном упоминала Николину и разбрасывалась теориями о том, как же ее жизнь связана с этой проказой, чуть ли не прямым текстом намекая, что если эту самую жизнь оборвать, то проклятие исчезнет.

Ника легла на землю, растянулась прямо на припорошенной снегом жухлой траве, и Алекс лег рядом. Они молча смотрели вверх, и он машинально запустил руку в карман куртки и нащупал два металлических кольца.

– Гончие Псы, – прошептала Ника, указывая на одно из созвездий. – В мире, которому все нипочем.

Алекс вздохнул, зажав кольца в кулаке. Мир, которому все нипочем, – какой в нем толк, если ты сам никогда не забудешь случившегося. Будешь смотреть на нее и разрываться от противоречивых чувств, в которых любовь, страсть и верность идут рука об руку со смертью, а это место – оно лишь напоминает, что он потерял. Алекс понимал, что гибель Мари – отвратительное, глупое, лишенное всякого смысла стечение обстоятельств, в котором его вины столько же, сколько и Ники, но одного понимания мало, ведь жизнь и смерть двух самых дорогих для него людей теперь неразрывно связаны, и Алекс не представлял, сможет ли когда-нибудь посмотреть на нее незатуманенным взглядом, не увидев, не вспомнив, не ощутив боль.

– Есть вещи, одинаковые во всех мирах, – неожиданно сказала Ника. – Такие, как горы, небо и звезды, конечно. Они могут выглядеть по-разному, но, по сути, они одинаковые. Знаешь, что у них общего?

– Что?

– Вечность. Как рассветы и закаты, о которых пел твой друг. Они никогда не исчезнут. Даже ведьмы умирают, а они нет. Наших земель еще не было, а они уже сияли. Завесы – это же просто границы, верно? Проходишь через одну, вторую, но все равно идешь по той же земле, словно из комнаты в комнату переходишь. И переносишь их с собой. Звезды… Надежда. В terra ее нет. А здесь, как и в Лондоне, она чувствуется кожей. Ты же чувствуешь, да? Я помню, ты говорил, что веришь в надежду и можешь ассоциировать ее с чем угодно. – Ника повернула голову и встретилась с его пристальным взглядом. – Я только недавно поняла, что ты имел в виду, потому что сама почувствовала… Я никогда не забуду ту ночь на причале – тогда ты подарил мне надежду. – Ника коснулась пальцами татуировки за его ухом. – Все вокруг такое ненадежное, зыбкое. Все умирает. Но эта надежда – надежда на то, что когда-нибудь, черт возьми, все закончится, – она никогда не умрет. Потому что звезды – они вечные. И где бы я ни находилась, я всегда…

Ника запнулась, отдернув руку, и ее бездонные синие глаза заблестели.

– Я не смогу без тебя, Алекс. Пытаюсь, но ничего не получается. Я хочу быть рядом, хочу сражаться за то, с чего мы начали.

– За свободу.

– Да, за свободу. Для тебя. И для меня. – Ника заморгала, прогоняя слезы, и губы Алекса дрогнули в улыбке. – Я знаю, что люблю тебя, ты очень важная часть моей жизни. Но меня просто убивает, что у нас с тобой только два типа отношений: либо быть парой, либо враждовать.

– Ты что, пытаешься отправить меня во френдзону? – хохотнул Алекс, и Ника, толкнув его плечом, не выдержала и рассмеялась в ответ.

Алекс взял ее за руку и крепко сжал.

Я тоже без тебя не смогу.

И как бы ему ни хотелось отыскать путь обратно, что-то переиграть, поступить по-другому и не позволить разверзнуться пропасти между ними, сейчас это попросту невозможно. Он должен ее отпустить, по-настоящему отпустить – и в мыслях, и в сердце, – и, может быть, тогда решение, о котором он раздумывал со дня встречи с Блодвинг, дастся ему гораздо проще.

Алекс разжал пальцы, выронив кольца.

– Ты должна ему сказать все, что еще не сказала. – Ника нахмурилась, и Алекс стиснул ее пальцы. – Не будь трусихой и просто попробуй. Мне кажется, он действительно классный парень.

Ника благодарно прикрыла глаза и придвинулась к нему, положив голову на плечо. Алекс обнял ее в ответ и снова взглянул на небо. На сердце было тяжело, но он знал, что переживет. Теперь у него есть лекарство и шанс действительно быть полезным землям.

«Когда-нибудь, черт возьми, это закончится».

Ты права, Ника, обязательно закончится.

– Удивительно, правда же? – подал голос Нукко. Они с Миккаей стояли за деревьями и наблюдали за Алексом и Никой.

– Всего лишь цикличность, – пожала плечами Миккая. – Мы давно знали, что с ее рождением все закончится.

– Знали, что разрешится ситуация с туманом. Но не с Джей Фо. Невероятно, что эти души попали именно в их тела, разве ты не находишь?