– Это наш Создатель, и он всегда слышит нас. Он дает мне веру и силы, чтобы делать правильный выбор. Вам бы тоже не мешало…
– Захлопнись, – фыркнула она. – Меня уж точно не бог создал.
Девочка-демон заморгала, и через мгновение на Каю уставились безжизненные белые глаза. Женщина снова вздрогнула – как вздрагивала каждый раз, хоть и видела этот фокус неоднократно. Криво усмехнувшись, мучительница вытащила из дамской сумки конверт. Когда она снова взглянула на Каю, ее глаза опять были карими.
– Дорогая Кая Светуч, – издевательским шепотом начала она, – знаешь ли ты, что в соседских землях юная принцесса собирает армию?
Вмиг позабыв о своем страхе, советница в ужасе помотала головой.
– Ну вот, теперь знаешь. Эта строптивая дрянь произнесла чуть ли не агитационную речь перед студентами колледжа, и теперь у нее появились союзники.
Трясущейся рукой Кая взяла конверт.
– И что мне с этим делать?
Девочка-демон наклонилась к ней и зашептала на ухо:
– Почитай, что ей пишут, и подумай на досуге о том, что, если будешь и дальше тупить, вскоре твой самый страшный кошмар воплотится в жизнь. Все маги, с которыми ты боролась с ранних лет, перестанут скрываться, сначала, как тараканы, заполонят собой terra ignis, а потом… о, потом обязательно постучатся в твой дом. Я лично дам им адресок.
Девочка-демон смачно поцеловала ее в щеку и, хохотнув, вскочила на ноги. Едва дыша, Кая смотрела на ее широкую улыбку и чувствовала, как капли пота бегут по спине.
– Тик-так, дорогуша, ти-и-ик-та-а-ак!
Когда девочка-демон выбежала из церкви, кощунственно громко хлопнув дверью, Кая трясущейся рукой вытащила лист из конверта и прочитала:
Слеза скатилась по щеке, и Кая поспешила смахнуть ее.
– Господи, помоги мне…
Нукко бесшумно ступал по траве, ловко огибая ветви могучих деревьев. Он держался в стороне, безмолвно наблюдая. Мальчишка сначала брел по тропе, а затем, немного помешкав, свернул в глубь леса и, словно пребывая в прострации, взял курс на Полосу. Миккая была права: магия тумана оказывала на него мощное воздействие и этот зов он был не в силах заглушить.
Нукко позволил ему пройти далеко вперед, и только когда силуэт мальчишки поглотила лесная темнота, направился следом. Мгновение тишина давила на уши, а потом слух уловил шепот – сначала глухой, как стихающее эхо, но с каждым шагом он становился сильнее и сильнее, и, когда ведьмак вновь увидел мальчика, шепот обрушился на него мощным потоком, проникая в голову сотней сплетенных голосов умерших существ. Он всегда их слышал, с самого первого дня появления туманной стены, как слышат все члены ведьмовского клана. Голоса погребенных в Полосе душ.
Мальчишка стоял у края стены, и его ног касался туман. Тело едва заметно раскачивалось, и он сам что-то шептал.
– Александр! – окликнул он наконец.
