– Я бы никогда не попросил тебя об этом…
– А о чем бы ты попросил? Зайти в Полосу Туманов, пожертвовать собой или чего вы там ждете от пророчества? Это лучше, чем впустить Долохова к нам? – в ее голосе не было ни осуждения, ни горечи – даже удивительно.
И Ника вдруг вспомнила одни из последних слов Риты Харт-Вуд: «Ты всегда была Стамерфильд». Прожила вдали от пророчеств и бед terra, не понимая, не любя, не чувствуя связи с этой землей, и все же она сейчас здесь и готова с головой нырнуть в непонятную игру, которую вел ее отец, и с мрачным удовлетворением поняла, что это не самоотверженность или еще что благородное, а просто то, что всегда сидело в ней.
– Скажи, – шепнула она, – только честно. Кроме меня, у тебя точно нет наследников?
Николас покачал головой, и Ника, закрыв глаза, вздохнула.
Ника открыла глаза и встретилась с его пристальным взглядом:
– Ну что, начнешь с самого начала?
Они с Николасом обсудили план и готовились к его исполнению. Ника хотела успеть лишь одно: объясниться с Домором. Потому что если Долохов действительно задумал жениться на ней, а она – пережить этот союз с пользой для династии, Илан должен узнать об этом раньше всех и от нее. Долохов – это лишь игра и никак не влияет на ее чувства и намерения. И Ника верила, что Илан все поймет – поймет, что это единственный выход, – и пойдет в эту войну вместе с ней – тайно, не давая повода ни одной живой душе узнать, кто на самом деле владеет сердцем огненной принцессы.
Однако на следующий день Домор так и не появился. А спустя еще сутки Михаил сказал, что они с Давидом Дофином задерживаются в terra caelum.
На душе с каждым днем становилось тревожнее. Инакен Фернусон по-прежнему считался без вести пропавшим, о Долохове тоже ничего не было слышно. Ника жила как на иголках, вздрагивая от каждого стука в дверь, замирая, когда в обеденный зал заходила прислуга, чтобы передать очередное сообщение Николасу, ожидая услышать одно, страшное: «К вам с визитом Владислав Долохов».
Спустя неделю после возвращения в замок Михаил отправился к Стефану Саквильскому на Совет, который оклус собрал в церкви, чтобы сообщить какие-то важные новости. Ника не стала расспрашивать, не до того – лишь отдала ему записку для Алекса, в которой предлагала встретиться в Центре отслеживания, пока у нее еще был туда доступ.
Утром, которое определило ее судьбу на ближайшие годы, Ника проснулась затемно от суетливых шагов и голосов, доносившихся из коридора. Наспех одевшись, она выбежала из спальни и спешно спустилась в темный холл. Входные двери были распахнуты, и Ника увидела спину отца и выбегающих следом стражников.
Сердце зашлось в плохом предчувствии, и она бросилась в сад, к главным воротам. Туман, стелившийся по подъездной дороге, пробирался на территорию замка и мгновенно поглощал силуэты людей, спешивших наружу. Ника побежала вперед, к отцу и Михаилу, стоявшим где-то в гуще толпы, окружившей что-то всего лишь в десятке метров от ворот.
В гомоне голосов, слившемся с яростным стуком сердца, невозможно было разобрать ни слова. Ника расталкивала людей, пока не оказалась в центре. И замерла.
В танцующих клубах тумана лежали два девичьих тела – на животе, друг на друге, с раскинутыми руками и застывшими в ужасе распахнутыми глазами, подернутыми посмертной дымкой, нанизанные на копье, как мясо на шампур. А острие копья венчала голова с пляшущими на ветру волосами – грязными, но все еще яркими, вьющимися… Огненно-рыжими. Глаза ее были закрыты, а в сомкнутых посиневших губах торчал сложенный лист бумаги.
«
Кто-то схватил Нику за руку, но она вывернулась и бросилась к ужасающей инсталляции. Ноги не слушались, Ника поскользнулась и упала на колени, испачкав джинсы и руки в крови. Туман объял ее пальцы, слизывая кровь, и она замерла, встретившись взглядом с мертвыми синими глазами одной из девушек.
«
Ее рывком поставили на ноги, и Ника, сбросив оцепенение, резко выдернула лист из губ Севиль. Стиснула в кулаке и прижала к груди, пока Михаил, крепко держа ее за плечи, уводил из толпы.
– Я только приехал и увидел, – быстро говорил Кравский. – Стражники убиты – в защите замка есть брешь. Я думал, мы ее залатали, после того как вы с Алексом необдуманно открыли портал прямо в замке…
– Что? – Ника резко взглянула на него, и ее глаза расширились от ужаса.
