– Это что, такой квест? – шептала она задыхаясь. – Добей наследницу, да? Поздравляю, эти двое поделили первое место! Расходимся, друзья! – Ника выставила руки вперед, указывая на Алекса и Риту, а затем повернулась к Берси и схватила за грудки. – Или это ты, а, Нукко? Снова залез в мою голову? – Агвид удивленно выпучил глаза.
Колени затряслись, и слезы брызнули из глаз. Давно Ника не чувствовала себя настолько преданной.
Всю дорогу домой Алекс пытался уснуть, забыться и даже дергал сломанную руку, чтобы переключиться на боль, лишь бы не думать о последних часах. Как глупо все получилось. Глупо и трусливо. И как же ее угораздило вернуться именно в день их приезда? Алекс рассчитывал выведать у Михаила, когда Ника собирается в замок, чтобы самому подготовиться. Придумать, как встретиться с ней втайне ото всех, объяснить, что происходило с ним, узнать, что стало с ней, и вместе, как и раньше, решить, как им дальше жить.
Но все пошло не по плану. Он растерялся, задохнулся от волнения и замер как истукан, чувствуя, как тварь внутри медленно начинает забирать контроль над разумом – впрочем, как и всегда в присутствии Ники. Алекс испугался, что изменения на его лице заметит отец, и поспешил спрятаться, а когда снова посмотрел на нее, понял, что за секунды все разрушил. Сколько разочарования было в ее глазах! И ни глупая футболка, ни колючки-слова не смогли замаскировать ее чувства.
Алекс тяжело выдохнул и бросил беглый взгляд на Севиль: девушка сидела рядом с ним на заднем сиденье автомобиля и отстраненно глядела в окно. Господи, у него даже не хватило мозгов дать Нике понять, что Севиль здесь ради нее, а не ради него.
Неужели так все и должно было случиться? Он тысячу раз представлял их встречу, но и подумать не мог, что окажется в положении, где даже смотреть на нее опасно. Где она пропадала целых полгода? Как ее приняла terra? Что с ней сделали ведьмы и вампиры? А тут еще и Рита Харт-Вуд вернулась (и как Николас это допустил?!). Ника, наверное, с ума сходит. Хотя, может, и хорошо. По крайней мере, теперь у нее есть заботы поважнее, чем злиться из-за его тупого поведения. А ему самому, возможно, стоит поддаться идеологии Каи Светуч и полностью отгородиться от terra ignis. Пусть отец и дальше водит шашни со Стамерфильдом, а Алексу не помешало бы заняться другими делами.
Автомобиль заехал на территорию Небесного дворца, когда начало смеркаться, и Алекс поморщился. Этот дом давно не приносил ему радости, а в свете всех трансформаций, которые происходили с ним, даже вызывал отвращение. Величественный, белоснежный, с голубовато-серыми башнями-шпилями, колоннадами и лепниной, журчащими фонтанами и неестественно яркими, сочными соцветиями глицинии, оплетшей колонны первого этажа. Сорвать бы их – да мама не позволит, это ее любимая часть сада.
Машина остановилась, и Алекс зажмурился, растирая переносицу. Отец какое-то время сверлил его взглядом – и смотреть не надо, чувствовалось, – а потом молча вышел на улицу. Севиль помогла Алексу выбраться следом. Не успел автомобиль скрыться за воротами, как к Стефану подбежал один из стражников и зашептал:
– Ваше Величество, здесь Кая Светуч.
Алекс почувствовал, как на его локте сжались пальцы Севиль.
– Спасибо, Ос, ценю вашу преданность, – улыбнулся Стефан, похлопав стражника по плечу. Мужчина откланялся и поспешил вернуться к парадному входу. Саквильский обернулся к сыну: – Сотри страдание со своего лица, да поживее – она явно хочет
Стефан кивнул Севиль и, взбежав по лестнице, скрылся в здании. Алекс набрал воздух в щеки и с шумом выдохнул.
– Не надо меня провожать, я сама сегодня, – прошептала Севиль.
