Лира действительно выглядела неважно, губы были изранены, а под глазами залегли тени. И, как ни странно, мои слова на неё подействовали.
— Завтра ведь встреча… — сказала она с сомнением. — Кажется, вы опять правы, мои сентиментальные порывы ставят под удар работу.
— Идите ко мне, — повторил я. — Я выпью чего-нибудь и приду.
Лира поднялась с дивана. В белой мантии она выглядела довольно внушительно, но в таком подобии пижамы, когда из-под рубашки выглядывало беззащитное горло, а из-под закатанных рукавов виднелись тонкие руки, не знающие физических нагрузок, она казалась очень хрупкой. И совсем не тянула на свои девятнадцать.
— Мне тоже… Если можно…
Я поднял голову.
— …стакан воды, например.
Я кивнул.
— Идите.
Она поплелась к двери. Действительно, Лира очень устала, и если у меня эмоции хлестали через край, так что сердце рвалось из груди, то она выглядела так, будто ветер покинул её крылья.
Я налил воды в два стакана. Подумал, добавил в её стакан лёд, лимон, мяту и воткнул разноцветную трубочку. Потом подумал, смутился и выкинул трубочку в сторону. Лира всё-таки старше меня почти на месяц. Иначе… иначе я и не стал бы аран-тал.
Взял в руки оба стакана и пошёл к себе. Свет в комнате был приглушён и принял золотистый оттенок — я обычно включаю голубой.
Лира лежала на широкой кровати на боку, обняв себя руками, и, кажется, уже спала.
Я закрыл ногой дверь, подошёл ближе и поставил стаканы на тумбочку. Потянулся и пощёлкал кнопками на окне, слегка приоткрывая его, но так, чтобы Лире не дуло. Потом огляделся в поисках пледа, достал с полки в шкафу пуховое одеяло и укрыл им гостью.
С раздражением вспомнил, что так и не спросил, зачем нам в Рим? И в ту же секунду, будто услышав мои мысли, Лира зашевелилась и приоткрыла глаза.
— Ваш напиток, — сказал я полушепотом, пододвигая к ней стакан.
Лира кивнула, не поднимая голову с подушки.
— Дайнэ… вы сказали, что не хотите спать?
Я кивнул.
— Могу я вас попросить кое о чём?
— Конечно. Я ваш аран-тал.
Она свела брови.
— Хватит так говорить. Аран-тал не означает раб.
Я растянул губы в напряжённой улыбке. Интересно, намэ и правда не понимает или, напротив, понимает что-то, чего не понимаю я?
— Почитайте инструкцию, намэ. Слова не имеют значения, когда за ними стоит таар и жизнь, принадлежащая не тебе.
— Я ведь не хотела этого. Не хотела иметь аран-тал и не хотела, чтобы им был ты… Вы. Это традиция, которой живёт наш мир, и неважно, что мы думаем. Но мы свободны там, где нет традиций. Вы обязаны носить контролер, но я не обязана носить пульт, ведь так?
Я искренне вздохнул.
— Весьма тонкая грань, намэ, и проводите её вы. Только вы.
— Как вы сказали, я — намэ. И моя обязанность проводить грани, нравится мне это или нет. Как и вы, я не знаю, почему была выбрана. Впрочем, об этом я говорить не хочу.
Я сидел неподвижно. Мне как-то и не пришло в голову, что Лира действительно не подходит на роль намэ и не хочет ею быть, а ведь это было очевидно почти с самого начала. И в следующий миг я вспомнил самую первую нашу встречу, а потом прощание с Толосой.
— Вы станете замечательной намэ, все люди это видят.
— Как и вы — замечательный аран-тал. Но разве это делает кого-то из нас счастливее?
Лира закусила губу и потянулась за стаканом. Сделав глоток, довольно зажмурилась, так что от глаз по её лицу разбежались морщинки.
— С мятой… Очень люблю мяту, — сказала она и неожиданно повеселела. — Хватит говорить, аран-тал. Я хотела попросить вас посидеть со мной до утра, раз уж вы не спите. Но теперь передумала. Ложитесь и отдыхайте. Это мой приказ как намэ. А завтра утром… нам надо будет чуточку отклониться от курса.
— Мы высадим Дала в Ревенасе и продолжим путь уже без остановок.
Лира выглядела собранной, от ночной слабости не осталось и следа. Она с аппетитом уплетала тосты с корицей и запивала их горячим шоколадом.
У меня аппетит тоже был зверский. Всё же потраченные вчера силы следовало восстановить. Подумав, я подошёл к синтезатору и заказал себе ещё одну порцию яичницы с ветчиной.
— А мне тостов, — Лира торопливо засунула в рот последний кусок хлеба и протянула перед собой пустую тарелку.
Против воли я улыбнулся: намэ с набитым ртом — то ещё зрелище.
Дал сидел за столом вместе с нами, но лицо его оставалось мрачным.
— Лира, я надеялся, мы с вами пообщаемся.
— Нет-нет, — Лира ослепительно улыбалась, — вам не нужно меня уговаривать. Деньги вы получите.
— Я не об этом. Мы не виделись семь лет.
Лира пожала плечами.
— Простите, Дал, у меня нет времени общаться и встречаться со всеми, кого я знала в детстве. Вы не хотите закрыть эту тему?
Дал кивнул.
Я подождал до конца завтрака, и когда Лира встала и отправилась в рубку, последовал за ней.
— Вы же хотели увидеться с другом, намэ. Или мне показалось?
— Нет, — Лира повела плечами, удобнее устраиваясь в кресле, — вам не показалось. Я действительно хотела увидеться с другом.
— Так что же теперь?
Лира обернулась и пристально посмотрела на меня.
— Что вы хотите услышать, Дайнэ? Вы ведь дали понять, что не желаете говорить со мной на отвлечённые темы.
