– Потому что блуждали перед тем, как её нашли? – уточнила Милослава.
– Нет, потому что прадеда Прохора звали Никифор Блуждайкин. Так вот, спустя несколько поколений выросли мы в деревню. Дети наши в школу ходят в село, что недалеко от моей родной деревни, домой приезжают только на каникулы. После школы кто хочет, в институт идёт, а парни в армию, в соседнюю воинскую часть, они вас и привезли.
– А как вы с дедом Прохором познакомились, баб Нюр?
– Ой, да давно это было. Я в своей деревне красавицей считалась, и потому отец меня от себя ни на шаг не отпускал. Взял он как-то меня на охоту. А я молодая, дурная, шестнадцать лет было, возьми и убеги от него в лесу. Думала, добегу до деревни обратно и пойду с подружками гулять. Но не тут-то было: заблудилась, а когда поняла, что заблудилась, ещё больше плутать начала. Два дня я по лесу бродила, изревелась вся, коса расплелась, и вот вышла я на зимовьё. А там Прохор молодой со своим отцом оказались, тоже на охоту пошли, ему тогда восемнадцать было. Вышла я в сумерки, а Прохор меня увидел, как заорёт. Подумал, что ведьма я. А я тоже как заору, испугалась, и давай опять реветь. Так и познакомились. Он пока в армии служил, все два года ко мне в деревню бегал, ухаживал, то булочек принесёт, то сахара. А когда свататься к моему отцу пришёл, тот уже мне сумку приготовил. Он уже давно решил, когда меня Прохор со своим отцом домой привели, решил, что мужа мне сама тайга подобрала и отнекиваться не стоит, хуже будет. А я что, я сначала свысока на Прохора смотрела, ухажёров-то тьма было, но вот как-то он месяца два ко мне не приходил с армии, поняла, что таки прикормил, засранец, взяла повозку и поехала к нему в часть сама. А он, оказалось, отдувается за то, что ко мне бегал, в дежурствах там своих, или нарядах, уж не знаю, как правильно, каждый день. Увидел меня, обрадовался, улыбнулся во весь рот, да и я увидела его, легче на душе стало, но виду не показала.
– Баба Нюра, ну вы прям истинная леди. Всё это так романтично и трогательно, нынче такого, наверное, не происходит, – взгрустнула Милослава.
– Да иди ты ж, глупая, чего приуныла. У вас сейчас всё по-другому, больно умные все стали, отговорок столько напридумывают и сидят ноют, что всё плохо. Я тебе вот что скажу: иногда полученный с годами опыт мешает нам нормально жить. Я порой сижу, думаю: а если не пройдёт, а если то, а если сё… но в итоге решаю: не попробую – не узнаю. И тебе советую жить по этому принципу, главное не в ущерб себе. Уяснила?
– А вы как узнали-то? Я ж вам ничего не рассказывала, – удивилась девушка.
– Ой-й… у тебя всё на лице написано. Не нужно бояться ошибаться, а даже если ошибёшься, не нужно в этом никого винить. Всё в нашей жизни приходит для того, чтобы научить нас совершать поступки, которые приведут к тому будущему, к которому мы будем стремиться. В современном мире вы сейчас делаете больше ошибок и поэтому больше стали бояться двигаться туда, куда действительно хотите. У нас поэтому все дети и возвращаются обратно, дома себе строят, жён приводят и детей воспитывают так же, как и нас родители воспитывали. Не всё, конечно, так же, но основы не изменились! Здесь всё у каждого по лицу прочитать можно. Есть, конечно, заботы, горести да жизненные тяжбы, но дома и души свои мы не закрываем, но при этом в семьи друг к другу не лезем. За этим Прохор мой следит очень сильно, все сплетни на корню прерываются.
– Хорошо у вас. Я так жила бы, наверно, детей воспитывала бы, был бы муж хороший. Но как вы и говорите, с будущим я ещё не определилась, душа моя просит приключений, путешествий, а с этим не каждый мужик согласится, и в то же время хочу покоя и постоянства.
– Так одно другому не мешает, благие желания жизнь хуже не делают. А дети жизнь не останавливают, они нас учат. Каждый ребёнок по-своему учит, потому что все разные. С детьми у тебя будет новое путешествие, и чем больше их, тем интересней оно будет. Но тут уж как сама решишь.
– Так чтобы дети были, мужик нужен! Это же правильно, – уже немного сомневаясь в своих убеждениях, сказала Милослава.
– Тьфу ты, заладила. Говоришь так, будто они все вымерли. Вон взгляни, сколько мужиков вокруг ходит, чего не по нраву? Тебе просто захотеть нужно, по-настоящему, без корысти. Захотеть женой стать, а не замуж просто выйти. Ну вы, современные девки, вам все должны, а вы ничего сами для этого не делаете, – баба Нюра достала из-под кровати красивый белый платок с вышитыми вручную розовыми цветами и надела на Милославу.
– А в этом есть смысл… – задумчиво ответила та, посмотрев на себя в зеркало, и на её глазах появились слёзы.
– Ну что, Милка, готова к собранию? – в комнату зашёл Лобанский. – Ты чего, плакала, что ли?
– Ишь какой беспардонный. Ты когда к девушкам в комнату идёшь, перед тем как входить, постучись! – баба Нюра, разозлившись, дала Лобанскому подзатыльник, тот даже не нашёл что сказать.
Милослава звонко засмеялась, вытирая накатившиеся слёзы.
– А что за собрание-то у нас?
– Есть новости, которые я обязан вам сообщить, – почёсывая затылок, ответил Лобанский.
