Спускаясь с лестницы, андроид с удивлением отметил для себя, как резко изменился облик Гойл. Первый и пока еще единственный проведенный день вместе был наполнен чужеродными для них обоих эмоциями, и всегда стойкий солдат вдруг потерял свою вечно идеальную осанку, отточенные механические движения стали более живыми. Сейчас же он вновь видел перед собой бойца, что вошел в холл полицейского участка ноябрьским утром. Экипировка поменяла в ней все: спина уверенно выгнулась, словно сталь; тяжелые ботинки с протектором скрыли миниатюрную ногу, придавая ей грубость и суровость. Изменилось даже лицо: подбородок приподнялся в солдатской манере, женские руки слаженно поправляли костюм и оружие, пока сама Анна осматривала себя в последний раз в коридорном зеркале. Коннор стоял у двери, рассматривая вернувшегося солдата безучастным взглядом. На деле же пошатнувшаяся программа в механической голове, что теперь ощущала этот мир совсем иначе, с интересом анализировала реакцию Гойл в спальне. Ему даже казалось забавным и завораживающим то, как быстро разрушилась солдатская воспитанная долгими годами стойкость под действием его рук.
‒ Не выходи за мной из дома.
Коннор вопросительно приподнял брови. Солдат левой рукой нащупала за спиной саю, ее зеленые глаза были закрыты.
‒ Почему?
‒ Они следят за мной, ‒ Анна нахмурено повернулась в сторону двери. На лице больше не было благоговения от прикосновений, на его место пришла полная безэмоциональность. ‒ Не хочу давать этим стервятникам больше информации, чем нужно.
‒ Ты еще можешь отказаться. Никто не переводил на твои счета деньги, я проверял.
Анна удивленно распахнула глаза, выдав в своем виде бездумного убийцы человека. Андроид почувствовал в этом взоре немой укор, но обращать внимания не стал. Его слишком интриговали эти психоэмоциональные игры на лице Гойл, и слишком беспокоил фургон за дверью.
‒ Мало мне Эмильды, ты еще за мной следить будешь?
Коннор не нашелся что сказать. Возможно, Анна ожидала увидеть в нем хоть намек на чувство вины, но оно его почему-то не трогало. В конце концов, он старался справиться с этим новым миром по своему, без чьей-либо подсказки, и отслеживание всех действий подразделения в сторону Гойл ему представлялось как обязательный элемент беспокойства за близкого человека. Иными словами, он старался быть в курсе всех дел, чтобы успеть предотвратить неприятное.
‒ Ладно, Джеймс Бонд, ‒ солдат улыбнулась, и вскоре нетяжелая спортивная сумка была поднята с пола. ‒ Вернусь через два дня. Надеюсь, что навсегда.
‒ Анна, ‒ солдат уже держала пальцы на холодной ручке, когда Коннор вдруг ощутил важность предстоящих слов. Она наверняка знала все это и без его подсказки, но причина почему Гойл вновь согласилась надеть черный комбинезон была неизвестна самому андроиду. И потому он посчитал нужным выразить свою мысль. ‒ Мистер Камски неординарная личность. Будь осторожна в общении с ним.
‒ Я не маленький ребенок, чтобы объяснять мне такие вещи. К тому же мое дело следить, а не чесать языком.
Гойл одарила Коннора одобряющей улыбкой и вышла наружу.
Открытая дверь впустила в дом морозный воздух. За ночь температура упала на десять градусов, ручьи растаявшего снега на дорогах быстро обледенели, и теперь отливали холодным серебром в свете фонарей. Восточная сторона темного неба покрылась мягким градиентом голубых оттенков. Коннор, как и было сказано, не выходил из дома. Как только дверь захлопнулась за спиной Анны, андроид, стуча каблуками мужских ботинок по паркету, прошел в гостиную. Анна, стоя у открытой бойцом железной двери, обернулась в сторону дома.
Провожая андроида на дело прошлым вечером, я мысленно молила его вернуться до моего отъезда. Думала, что так будет легче покидать дом… какая глупость. Интуиция подсказывала мне, что андроид в идеальном костюме полицейского стоит напротив окна в гостиной и тщательно наблюдает, как вышедший из водительского места боец открывает дверь в салон. Уезжать под теплым и тревожным взглядом шоколадных глаз оказалось еще труднее. Мельком глянув в окно гостиной, я вдруг ощутила крепкое желание послать все нахер и вернуться в стены дома. Но Эмильда не бросала слов на ветер. Сейчас андроид стоял за окном, а в случае моего отказа может стоять за решеткой. Слишком большая плата за возможность избежать встречи с мерзким человеком.
Я узнала бойца в первую же секунду, которую взглянула на своего невольного сопровождающего. Дэвид-девяностно-восемь – «первичник», чья работа в подразделении заключалась в улаживании внутренних дел. Эмильда не даром послала ко мне светловолосого с белым как полотно вытянутым лицом коллегу. Пока едва не убитый Крейг старался смирить меня на «Иерихоне» криком и грубостью, этот солдат предпочитал спокойный разговор. Дэвид, как и Трент, был одним из немногих в отряде собратьев, с которым я не захочу ссориться. В свою очередь Дэвид знал, когда стоит промолчать.
