‒ Все нормально, ‒ я все так же лежала на постели, закрыв глаза. Катана рядом молчала.
‒ Ты ведь не расскажешь мне, так?
‒ Я не знаю, чем закончится эта история. К тому же я не могу распространяться о состоянии заказа, это не профессионально.
‒ Но ты можешь ответить, мистер Камски задает подозрительные вопросы?
Каким же прекрасным был его голос. Даже это неприятное имя, что слетело с его губ, прозвучало изящно. Я уселась на постель, заставляя проступающую улыбку вернуться в прежнее положение апатии. Не получилось. Пришлось улыбаться едва ли не до ушей, точно дурочка перед преподавателем на экзамене по высшей математике.
‒ Коннор, он всегда задает подозрительные вопросы, ‒ на том конце послышался смешок. Удивительно, как Элайджа пытался заставить меня верить в механичность того, кто так естественно усмехается. Глупый человек. ‒ Все могло быть гораздо хуже, мы в принципе не разговариваем. Так что скоро я буду дома, не успеешь произнести слово «Киберлайф».
‒ «Киберлайф».
Несколько секунд я сидела в ступоре, даже не зная, что ответить и как это воспринять. Коннор либо подтрунивал, либо и впрямь воспринял мои слова всерьез. Его голос, который был пропитан оптимизмом и улыбчивостью, намекал на первое, нежели второе.
‒ О’кей… может, не так быстро, но суть ты понял.
Еще несколько минут разговора, столь теплого и желанного. Держа трубку и вслушиваясь в мелодичность его мужского голоса, я старательно представляла себе сидящего напротив андроида с улыбающимися глазами. Попытки были успешными до одного определенного момента – пока карие глаза не сменились на холодную сталь. Именно в эту секунду я вдруг серьезно заинтересовалась судьбой заводов «Киберлайф».
Минуты текли, как вода сквозь пальцы. Размышления вели меня к огромным предприятиям с дымящими стальными трубами, я даже не заметила, как мимо проскочили полчаса. Ричард воспринимался мной враждебно, и в этом был виноват не его суровый холодный взгляд. Он все так же отбирал у Коннора уникальность, заставлял трепещущее перед обликом андроида линии RK800 сердце оскорбляться. Этот день был тревожнее предыдущего в связи с решаемым вопросом. Передай Камски руководство девиантам, и по миру наверняка будут ходить сотни таких же Конноров и Ричардов. Перспектива запутаться в одинаковых моделях не пугала. Каждый из девиантов был своеобразной личностью, которая отличала сотни копий друг от друга. Я по-прежнему могла определить Коннора среди таких же близнецов, могла с уверенностью уничтожить каждого и оставить только одного. Но само понимание, что Коннор не сможет быть таким же уникальным, оскорбляло. Да, это был эгоизм, и да, я его не стыдилась, потому что понимала абсурдность своих мыслей. Маркус, получив руководство, не станет клепать миллионы копии одного и того же посола. Каждый «живой» стремился отличаться, иметь свои особенности, некоторых по заверениям Коннора даже унижало наличие тысячи таких же по всей стране. Девианты отстригали волосы, заменяли оптику ради другого цвета глаз, пытались отличаться, как могли. Но даже если Маркус и решит не менять базового внешнего вида своих собратьев при сборке – я все равно желала, чтобы он получил руководство. Они имели право восполнять свой народ. Похоже, я окончательно примкнула к Хэнку…
Ровно в семь часов дверь в номер заказчика отворилась. Ричард вышел из нее с той же походкой, с которой передвигался и Коннор. Андроид все так же был одет в синий костюм с галстуком, на виске переливался голубой диод. Я не подала виду, даже не повернула в его сторону голову, только изучала боковым зрением. Руки были сцеплены за спиной, пальцы левой спокойно ощупывали гладкую саю. Ричард не ожидал меня встретить на входе. Он закрыл за собой дверь, несколько секунд простоял, глядя на меня сверху вниз и, повторяя мое положение, встал с левой стороны от двери. Теперь мы оба смотрели в пустой коридор, заведя кисти за спину. Ну, точно мини-клуб придурков. Осталось только по-ребячески взяться за ручки и вприпрыжку проскочить вперед до лифта.
‒ Доброе утро, ‒ RK900 произнес слова благородным, но низким тоном. ‒ Я как раз шел предупредить вас об отъезде через час.
‒ Спасибо.
Ожидание хуже смерти. Оно было таким в отеле Детройта, где мне приходилось ждать кончину; было таким на корабле «Иерихон», когда Коннор ловко смешался с толпой, оставив меня в компании скрывающихся девиантов. Даже то смиренное ожидание в полицейском участке после снятия андроида и лейтенанта с дела было таким же ужасным. Я молилась про себя, просила всевышнего послать в коридор хотя бы уборщицу, чтобы не стоять вот так в тишине рядом с имитацией Коннора. Ему было абсолютно наплевать, чего нельзя было сказать про меня.
‒ Ты едешь с нами? ‒ молчание сводило с ума. Полная апатия сохранялась на лице в момент произношения слов, и потому голос не выдал нервозности внутри.
‒ Боюсь, что нет. В связи с последними событиями мое появление может вызвать общественный резонанс.
