— Занервничаешь тут. Ты же как привидение появился. Чуть кондратий не хватил, — ответил Олег, сделав очередной большой глоток остывшего чая. — Как это ты так?
— Появился-то? — усмехнулся Витька, аккуратно откусывая дольку соленого огурца и промокнув салфеткой брызнувший на подбородок рассол.
— Ну да. То есть я хотел спросить, как ты вообще. Ну…
— A-а. Понял. Ты ешь. Ешь, пока горячее. — Виктор достал сигарету и закурил, пуская дым в сторону приоткрытой форточки. Лицо его сделалось скучным и усталым. — В общем-то, случайно, если честно. Просто повезло. Можно сказать, мой ангел-хранитель оказался в нужном месте в нужное время. Прямо у меня на плече. Или на холке, за которую он меня из той мясорубки и вытащил.
— Издалека начинаешь.
— А ты хотел с места в карьер?
— Да уж хотелось бы поближе к теме.
И Витька рассказал. Часто закуривая и непроизвольно играя желваками, он принужденно-скучным голосом заговорил, вспоминая тот день и последующие дни, в которых закономерности наслаивались на случайности, а произошедшие события представали в свете сделанных им позже выводов.
Выехали они на дачу вчетвером. Родители и он с женой. Он вспомнил, как батя попенял ему, что он отправил дочку в лагерь. Как бы сейчас хорошо ей было на даче. Погода отличная, фрукты-овощи — ешь не хочу. А она там где-то на казенных харчах да под присмотром чужих людей. Виктор не стал спорить, тем более что, кроме них, семьи, в салоне был посторонний. Накануне к нему приехал его московский знакомый, с которым они чуть больше года назад вместе учились на двухмесячных курсах при Академии МВД и сошлись, можно сказать, сдружились. Валентин занимался тем же, чем и он, — наркотиками. Родство профессиональных интересов, примерно одинаковый возраст и даже внешняя схожесть подтолкнули их друг к другу, и после окончания учебы они не теряли контакта, перезваниваясь и изредка встречаясь. И вот Валентин решил, отправляясь в отпуск, на денек заскочить к знакомцу, рассчитывая вечером сесть на проходящий поезд, но Виктор его задержал, уговорил остаться ночевать и пообещал на следующий день свозить на дачу, где посулил накормить отменным шашлыком собственного приготовления, а днем позже посадить на поезд, пользуясь своими близкими отношениями с местным железнодорожным начальством.
Гость уговорам поддался. Вечером они, что называется, посидели, то есть выпили и всласть поговорили, причем Валентин сказал, что у них, то есть в столичном управлении, есть серьезные основания подозревать, что проходящие через город караваны с наркотиками крышуются кем-то из местного милицейского начальства. Сказал, как тогда показалось Виктору, вроде бы между прочим, но лишь позже, много позже он вспомнил, что эта якобы оговорка сопровождалась внимательным взглядом гостя. Тот, скорее всего, прощупывал почву, подыскивая здесь, на месте, союзников, людей, не только профессионально разбирающихся в проблеме борьбы с транспортировкой и распространением зелья, но и хорошо знающих здешние реалии и людей. Виктор отреагировал сразу, но несколько сдержанно. У него самого были соображения на этот счет, но делиться ими с ходу не стал. Благоприобретенная привычка держать язык за зубами была сильнее личного расположения к кому бы то ни было. Может быть, поэтому разговор тогда не получил развития. А может быть, Валентин хотел отложить его на более позднее время, может быть, на другой день, когда они смогут без помех обсудить проблему на свежем воздухе и со свежей головой.
Вместо того чтобы ехать вместе со всеми с утра пораньше, Валентин отправился в город один, сославшись на гостинцы, которые ему вроде бы нужно было передать кому-то из родственников своего сослуживца. Так это, или столичный гость решал какие-то свои вопросы, Виктор уточнять не стал. Может, у него встреча с агентом. Ведь откуда-то информация к ним идет. Договорились встретиться на выезде из города, недалеко от поста ДПС. Место там приметное, и разминуться никак невозможно.
Выходили из дому с небольшим запасом по времени, чтобы не заставлять гостя ждать, если он освободится пораньше. Но пока усаживались, пока заехали в магазин, запас времени как-то незаметно съелся, и потому Виктор ехал чуть быстрее, чем это предусматривалось дорожными знаками. И ничуть не удивился, когда с обочины ему махнул полосатый жезл работника дорожной инспекции. Пустяк, который он обычно легко разрешал с помощью своего служебного удостоверения; ворон ворону, как говорится, глаз не выклюет, и гаишники всегда снисходительно относятся к нарушениям на дороге своих коллег. А на этого знакомая книжечка не произвела, кажется, обычного впечатления. Чуть ли даже не наоборот. Стал принюхиваться на алкоголь, а потом принялся пинать ногой передние колеса. «Нет, — говорит, — не могу я допустить, чтобы вы дальше ехали с таким люфтом. Это верная авария. Вон рядом автосервис, езжайте, исправляйте недостаток, а потом можете следовать дальше».
