— Эй! Сколько времени? — спросил полусонный Атби. Вставать ему не хотелось совершенно. Ему хотелось спать и еще пить. С коньяком он вчера, кажется, опять переборщил.
— Двенадцать скоро. Вставай. Дело есть.
— A-а, встаю уже.
Если есть дело, то тогда конечно. Тогда нужно вставать. Он пересилил себя, встал и пошел в ванную.
Завтракать дома они не стали. Всего в десяти минутах ходьбы от подъезда был небольшой ресторан, в котором хорошо кормили. Никаких хлопот, а удовольствия не в пример больше.
— Я сегодня говорил с нашими, — начал Ваха, когда по-утреннему вялая официантка принесла им еду и графинчик с коньяком; голова гудела, как пустой котел, и хотелось снять это напряжение. — Есть нехорошие новости.
— Что случилось? — довольно равнодушно поинтересовался Атби. После рюмки коньяка его настроение стало заметно подниматься.
— Тебе, наверное, придется уехать из Москвы.
— Почему? — нахмурился он. Вот уж действительно неприятная новость!
— Ты только послушай меня внимательно, ладно? Это не мои слова. Это так старшие считают.
— Почему они так считают? Что случилось?
— Ничего пока не случилось. Но им кажется, что ты не так живешь. Что это опасно, и, вообще, тебе нужно заняться делом. Понимаешь меня?
— Я готов заниматься делом! — горячо возразил Атби. К нему начала возвращаться его привычная уверенность в себе. — Пусть только они скажут мне каким.
— Мне кажется, ничего они не скажут, — доверительно сообщил Ваха. И поднял вверх глаза и ладони, как бы обращаясь к Аллаху. Хотя в данном случае этот жест, скорее, следовало бы истолковать как согласие, пусть даже вынужденное, с решением старших. — Все уже решено?
— Не все пока. Но ты сам понимаешь. Слова произнесены вслух.
— Кем?
Ваха укоризненно и в то же время отрицательно покачал головой. Нет, этого он сказать не может и не хочет.
— Я тебе это сказал по дружбе. Как брату. Все бросил и приехал к тебе. Это пока только мнение. Ты понимаешь меня? Я и этого тебе не должен был говорить.
— Да, спасибо тебе. Я этого не забуду.
Ваха отмахнулся от этой благодарности.
— А если я не захочу? Почему я им должен подчиняться?
— Ты, конечно, можешь сам решать. Только… — Ваха ненадолго задумался. — Я не хочу вставать между тобой и твоей родней.
— При чем здесь моя родня? Это они меня сюда отправили, и им пообещали обеспечить мою безопасность.
— В общем… — Ваха заколебался. Потом решительно махнул рукой. — Ты из мертвого правду вытащишь.
Атби едва сдержал польщенную улыбку.
— Ты скажешь тоже!
— Только я тебя прошу. Никому про то, что я тебе скажу. Договорились?
— Хлебом клянусь! — быстро проговорил Атби и для убедительности отщипнул хлеба от лежавшего перед ним на тарелке куска.
— Хорошо. Твой дядя считает, что тебя нужно отправить домой. Только я тебе этого не говорил.
— Я уже пообещал. Но почему?
Ваха пожал плечами.
— Кто знает? Может, считает тебя слишком молодым. Может, просто не хочет, чтобы ты жил здесь, в Москве. А может, у вас с ним какой-то разлад вышел. Кто это может знать лучше тебя?
— Но я ничего такого… Он же сам меня сюда отправил!
— Я просто думаю вслух. Я сам с ним не разговаривал. Ты же знаешь, что мы стараемся лишний раз не показывать людям наши отношения. Опасно. Жизнь такая. Тебе тоже нельзя звонить. Да. Я даже не знаю, кто это сказал. Понимаешь? Это только разговор. — Ваха помолчал и осторожно добавил: — Но ты мужчина. Ты сам можешь решать, как тебе жить.
— Ты прав. Я сам буду решать.
— Но я тебе вот что скажу. Ты только не обижайся. Я просто подумал, что это важно. Ты же знаешь, что я хочу тебе только хорошего. Ты мне как родной брат стал. Да?
— О чем ты?
— Без поддержки родни тебе тяжело будет. Нет, я сам поддержу тебя чем могу. Но… — он развел руками. — Ты должен понять, что у меня тоже есть разные обязательства.
— И что мне делать?
— Это только ты сам можешь решить.
— Я знаю. Но я прошу у тебя совета.
— Если просишь… Хорошо. Я считаю, тебе нужно сделать большое дело. Такое, после которого ты станешь независимым. Тогда ты сам сможешь решать, как поступать и с кем. Тогда с тобой будут считаться. Тебя будут уважать. И никто не станет указывать, где тебе жить и что делать. Вот такой совет.
— Спасибо… Но что это за дело? Мы уже думали с тобой.
— Думали, да. Но все, о чем мы говорили, это мелочь. Тебе нужно срочно большое дело. Не на тысячу долларов, не на десять и даже, наверное, не на сто.
— Да ты что?! — Атби вытаращил глаза. Названная цифра его поразила. Он был не против заиметь такие деньги. Но чтобы срочно?
— Ты просил у меня дать совет — я дал.
— Я понял, спасибо. Но как? Понимаешь, я просто не знаю. То есть… Пойми, если бы я знал, то давно уже…
— Это только так кажется. Подумай хорошенько. Сегодня подумай, завтра. Время пока есть.
— Легко сказать.
— Сказать тоже не всегда легко, — назидательно произнес Ваха. — Ну, мне пора идти. Вечером увидимся.
