Часов в девять вечера народ как разобрало. Сначала подвалила компания юнцов с девками, и взяли сразу шесть порций шашлыка, заказав вперед еще столько же. Потом одна за другой подъехали три машины дальнобойщиков, и взяли по шампуру каждый. Подходили и подъезжали одиночные клиенты, привлечнные аппетитным запахом, потом остановился целый автобус с туристами, и тут уж пришлось крутиться по полной. Атби только успевал нанизывать мясо, раздувать угли и отдавать готовый шашлык. Он уже потерял счет, когда к нему подошел дядя Беслан и позвал его за собой, в подсобку.
Прошли почти сутки с того момента, как он уехал с бензозаправки, расстреляв на прощанье и для острастки прожектор. Все это время он не знал, как поступить — говорить дяде о своем приключении или не стоит. С одной стороны, все удалось, но с другой — добыча оказалась настолько незначительной, что хвалиться ею было глупо. Поэтому пока решил подождать, и сегодняшняя запарка была ему на руку.
— Ты где был вчера вечером? — прошипел ему дядя в лицо, когда они скрылись от посторонних глаз.
— Я? — оторопел Атби от прямого вопроса. И его язык против воли выговорил. — Я же предупреждал.
— Я не знаю, кого ты там предупреждал. Вчера кто-то ограбил бензозаправку. Трое. Их теперь сильно ищут.
— Милиция?
— Ха! Если бы. Блатные! Премию объявили. Найдут.
Атби лихорадочно соображал. Сказать? Нет? Беслан уже повернулся, чтобы выйти из подсобки, когда он наконец решился.
— Это я сделал.
— Что?! — переспросил, оборачиваясь к нему, дядя.
— Это я взял заправку.
— Ты?! — выдохнул Беслан, поворачиваясь к нему всем телом. — Как ты мог?
— А что — не имею права?
— Ты ничего не имеешь! Ни права, ни мозгов! Ну почему, зачем это надо было делать? Денег тебе мало, да? И из-за этого ты решил разрушить все? Наше дело, да? Войны тебе захотелось? Где твой пистолет?
— Там, — ответил ошарашенный Атби, показывая в угол. Он был уверен, что дядя ничего не знает о ТТ, а тут вдруг такое.
В дверь подсобки постучали.
— Шашлык нужен! Эй!
— Сиди тут и никуда не выходи. Я сейчас вернусь, — прошептал Беслан и выскочил наружу. Оттуда послышался его громкий уверенный голос, кто-то пьяно засмеялся в ответ, потом раздался характерный звук, получающийся от соприкосновения шампуров с мангалом.
Прошло не меньше четверти часа, прежде чем дядя вернулся. За это время Атби достал из тайника пистолет и сунул его сзади за ремень брюк. Как бы там ни получилось, но с оружием он чувствовал себя увереннее.
— С кем ты был? — спросил Беслан.
— Так, двое местных.
— Кто такие? Они знают, кто ты и где ты?
Атби опять заколебался. Ответив на этот вопрос, он предаст своих людей.
— Говори быстрее. У тебя мало времени. Или ты хочешь, чтобы тебя к утру порубили на шашлык? А заодно меня, Тархана и всю нашу семью. Тех, кто тебя приютил, дал еду и кров.
— Это знакомые нашей буфетчицы.
— Котя… Вижу же что-то знакомое. Найдут. Если не сегодня, то завтра точно. И как я только просмотрел! Ведь чувствовал же.
— Дядя…
— Молчи! Их нужно убрать. Срочно. Пока они тебя не сдали. Ты знаешь, как их можно найти? Только чтобы быстро.
— Найду.
— Так, хорошо. Сейчас я уйду. Через двадцать минут выходи к дороге. Тебя возьмут и поедут, куда ты покажешь. После этого иди на вокзал и уезжай.
— Куда, дядя? — растерялся Атби. Его выгоняют?
Беслан зло посмотрел на него. Видно, у него на языке вертелись слова, которые он хотел, но не мог, не должен был произносить вслух.
— Тебе нужно скрыться. Надеюсь, что на время. Вот тебе адрес, — он протянул клочок бумаги с корявыми буквами. — Я позвоню ночью, и тебя примут. Через несколько дней я или кто-нибудь из наших приедет посмотреть, что еще нужно сделать. Веди себя тихо. Деньги у тебя есть?
— Есть, да. После вчерашнего.
— Я ничего не хочу про это слышать! — отрезал Беслан и тут же спросил: — Тебя в лицо видели?
— Нет, я в маске был.
— Уже легче. Будут спрашивать, где был вчера вечером, — ездил в Москву к девушке. Понял меня? На попутной машине ехал. Никого не видел, и тебя никто не видел. А сегодня ты заболел и уезжаешь лечиться. Как плохо, как плохо! Все, конец спокойной жизни. Столько сил потратили, столько денег.
— Дядя, а может быть я…
— Ничего не "может"! Все! Я все решил и все сказал. Мне нужно идти. Надеюсь, ты поумнеешь, — сказал Беслан вместо прощания и вышел из подсобки.
Выждав пару минут, Атби двинулся следом, переоделся и, стараясь не выходить на светлые места, пошел к дороге. Когда по его часам прошло двадцать минут, он встал на обочину, и почти сразу к нему подкатил знакомый джип. Водитель и еще двое. Хотя Атби до этого видел их всего пару раз, он знал, что это личное силовое подразделение его дядей — охрана, каратели и все остальное, что может включать это понятие. Обычно они держались в тени и в отдалении от легального бизнеса его родственников, появляясь только в особо напряженные и сложные моменты, когда ситуация обострялась или как минимум могла обостриться до того, что применение силы выглядело неизбежным или крайне возможным.
