– Мы можем поговорить в доме.
На глаза Кидан навернулись слезы.
– Нет! Ни на секунду в Укслее не задержусь! Я еду в город.
Тэмол стиснул зубы, но заставил себя кивнуть. Удивительно, но он принес портфель, который крепко держал, когда садился в салон. Кидан, трогаясь с места, очень старалась не улыбаться.
– Что случилось? – Зеленые глаза Тэмола внимательно ее осматривали. – Дело в Сузеньосе? Говорил я декану Фэрис, что его нужно убрать из вашего дома.
Кидан скользнула по нему взглядом. Глаза Тэмола блестели от энтузиазма.
– Дело во всем. Не только в нем.
– Дранактия – курс тяжелый. Я тебя не виню, – проговорил Тэмол, постаравшись изобразить сочувствие.
Кидан крепче стиснула руль, когда открылись позолоченные ворота Укслея. По извилистой дороге, обсаженной деревьями, они поехали к Заф-Хейвену.
– Ты сказал, что можешь мне помочь с аксумским проектом.
– Так и есть. – Тэмол открыл портфель и достал бумаги. – Вампир не имеет права владеть домом, особенно таким, как Дом Адане. Не знаю, о чем думали твои родственники, завещая его Сузеньосу. Формально ты не можешь отказаться от своей доли, пока не окончишь университет, но, к счастью, ты в роду последняя…
– Я в роду не последняя. – В глазах Кидан полыхал гнев, она то и дело теряла дорогу из виду. – У меня есть сестра. Джун.
Тэмол недовольно откашлялся.
– Да, но ее здесь нет, а ты старшая и вполне можешь отказаться от прав на дом.
– Знаешь, Рамин дала мне совсем другой совет. Не уезжать и сражаться за то, что по праву мое.
Тэмол прятал от нее глаза, собирая договоры.
– Ну, порой самое разумное – отойти в сторону.
Кидан нажала ногой на акселератор. Легонечко. Она не понимала, как родственники могут обернуться друг против друга из-за такой ерунды, как деньги или власть. Тэмол так боялся потенциала Рамин, что навредил ей, даже не зная, какой она вырастет.
У Кидан побелели костяшки пальцев.
– Кто такие Нефрази?
Тэмол судорожно сжал документы.
– Что?
– Я знаю, что Нефрази поддерживают «Тринадцатых». Кто они такие?
– Никогда о них не слышал.
Машина резко повернула. Тэмол качнулся, портфель громко стукнулся о дверцу с его стороны.
В голос Тэмола просочился страх.
– Ты бы ехала помедленней.
– Я знаю, что ты отравил Рамин и лишил ее шанса унаследовать Дом Аджтафов. Я расскажу об этом декану Фэрис, если не объяснишь, кто такие Нефрази.
Тэмол изумленно захлопал глазами, потом, как большинство мужчин, попытался запугать:
– Я добьюсь того, чтобы тебя арестовали за клевету.
Кидан сильнее надавила на газ и легонько крутнула руль. Плечи их обоих повело вместе с машиной.
– Что ты делаешь?! – закричал Тэмол.
– По-моему, ты не понимаешь, в каком положении оказался.
Слова Тэмола прозвучали медленно, трепеща, как крылья.
– Сейчас же останови машину.
– Скажи, кто такие Нефрази, или я ее разобью. – Тэмол не отреагировал, и Кидан надавила на газ сильнее. – Думаешь, я блефую? Ну, давай проверим.
Тэмол сжал кулаки, на миг заставив Кидан подумать, что сейчас перехватит руль, но потом расслабился.
– Ладно-ладно. Притормози. Я расскажу.
Кидан притормозила. Чуть-чуть.
Тэмол выдохнул.
– Я знаю лишь то, что это группа за пределами Укслея. Они финансируют проекты, когда мы не хотим использовать наши укслейские счета.
«За пределами Укслея».
– Чего они хотят?
– Того же, чего «Тринадцатые», – раздраженно ответил Тэмол. – Нового порядка наследования, новых прав собственности. Возможности устанавливать собственные законы в домах, как у Домов-основателей. Разумеется, тебе этого не понять.
– Всеобщий закон защищает границы Укслея.
– Это внешний мир нужно защищать от нас, – зло проговорил Тэмол. – С какой радости нам отказываться от такого могущества?
– А Рамин? Ты отравил ее, потому что не мог смириться с тем, что однажды она могла оказаться во главе двух Домов?
Тэмол смотрел перед собой с непроницаемым видом. Он был слишком умен, чтобы подтвердить или опровергнуть слова Кидан.
Кидан стиснула зубы.
– А где Джун?
Тэмол мрачно скривил тонкие губы.
– Твоя сестра? Откуда мне знать?
– Мне известно, что ее похитили Нефрази, или как вы там себя называете.
Тэмол смотрел на нее, сведя брови.
– Не понимаю, о чем ты говоришь.
– Это точно. Ты не понимаешь, что значит любить сестру.
Ярко вспыхнули фары, ослепляя их, – они едва не врезались в проезжающую мимо машину. Тэмол крепко вцепился в ремень безопасности.
– Притормози!
– Скажи, где Джун.
– Я не знаю!
«Ладно».
Если он больше не хочет разговаривать, то и она не хочет. Под ногами у Кидан оглушительно зарокотал акселератор. Кидан могла бы сохранить Тэмолу жизнь, если бы у него была веская причина предавать Рамин. Если бы он этим кого-то защищал. Но своей сестрой он пожертвовал исключительно из жадности. С таким же успехом рядом с ней могла сидеть Мама Аноэт.
Кидан свернула с дороги и погнала машину в чащу. Мир взорвался искореженным металлом и битым стеклом, а вопли Тэмола вознеслись к небу и резко оборвались, не долетев до того, кому он молился.
