– Если продемонстрируете смелость, я, возможно, воздержусь от того, чтобы отчислить вас всех на первом же занятии. – От его снисходительного тона у Кидан закололо кожу. – Нет желающих? Надо же, как мало у вас мыслей!
Рамин съежилась, когда старые глаза профессора остановились на ней. Не успев осознать, что делает, Кидан заговорила:
– Люди – продукт влияния. Мы во власти нашей семьи, тех, кого любили и потеряли. Мир решает, кем мы становимся вне их контроля. Так что мораль возникает под влиянием.
Тень профессора упала на ее стол.
– Получается, ты ничем не отличаешься от животного.
Кидан подняла голову и заглянула в неподвижные глаза, от их близости в ней так и бурлила ненависть.
– Животное убивает, не чувствуя ни раскаяния, ни презрения, – проговорила она. – Единственная человеческая мораль – размышление и раскаяние.
– Интересная гипотеза. Что у тебя за источники?
Кидан потупилась. Источников у нее не было.
– Без критического анализа и доказательства мысли ничтожны. Прежде чем озвучивать свои идеи, найдите тех, кто их поддерживает.
Язвительность слов профессора росла с каждой секундой. Мгновение спустя раздался монотонный голос девушки, которая говорила раньше:
– Я согласна. Мораль возникает под влиянием.
– Источник? – Профессор Андреас поднял подбородок.
– Первый суд над Оджираном.
– Интересный временной период. Продолжай.
– Оджирана посадили в тюрьму, обвинив в том, что он соблазнил и убил жену своего друга. Прежде чем умереть, он оставил другу стихотворение.
– Ты знаешь это стихотворение?
– Знаю.
Голос у девушки был совершенно бесцветный – ни интонации, ни ритма. Таким даже книгу нельзя вслух читать, не то что стихотворение. Взгляд Кидан переместился на деревья за окном, но далеко ускользнуть не успел. На первой же строчке стихотворения ее внимание вернулось в аудиторию.
– Если источник ненависти – мой глаз, выколи его. Если ненависть останется, выколи второй. Если она и тогда не замолкнет, отрежь мне язык. Если она и тогда не застынет, переломай мне кости. Если она и тогда не погибнет, взгляни на свои руки. Если она под кожей не у меня, а у тебя; если она в глубинах твоей души, очистись. Очистись, мой друг. И надеюсь, ты присоединишься к нам на небесах.
Воздействие слов было невероятным. Буквально на доли секунды у голоса девушки появилась другая каденция. Он стал запоминающимся, дрожащим, будто девушка излагала собственное дело в суде.
– Сомневаясь в том, не зря ли отправил Оджирана на смерть, его друг обезумел, не в силах узнать правду о том, кто соблазнил и убил его жену. Посвятив дальнейшую жизнь тому, чтобы избавить мир от блудниц и прелюбодеев, он стал известен как Длань Неверности. Таким образом, его мораль оказалась под огромным влиянием оставленного ему письма.
Грифель карандаша Кидан сломался на мелкие кусочки. Она украдкой оглянулась, медленно-медленно ведя глазами по полу. На ногах у девушки были берцы с черными шнурками. Кидан осмотрела их, представив, что жесткие выступы подошв давят, словно дорожный щебень.
По крайней мере, девушка не казалась хрупкой. Хрупкость для Кидан была болезнью. Она заражала изнутри, сводя с ума, пока не находился способ ее излечить.
С неожиданным грохотом около берцов упала ручка. Кидан увидела и отложила в памяти кое-что еще – полуперчатки, красивые кисти.
– Кто это? – шепотом спросила она Рамин.
– Ой, это Слен.
Слен. Само имя резало язык так, что Кидан хотелось коснуться губ и проверить, нет ли на них крови. Или так подействовали слова Слен, то стихотворение.
– Она из семьи Кварос, – сообщила Рамин. – Они владеют консерваторией.
Кварос. Еще одна важная семья, о которой предупреждала тетя Силия.
Кидан понизила голос, скользнув взглядом к ушибленному плечу Рамин. Ей требовались ответы на другие вопросы.
– Давай завтра поработаем над нашим проектом в кофейне «Уэст корнер»? Встретимся около полудня?
После недолгих колебаний Рамин кивнула. Когда профессор Андреас завершил лекцию, дав задание изучить историю о Весах Совейна, Рамин первой выскользнула из аудитории. Казалось, ей не терпится избавиться от Кидан.
Кидан выдохнула. С навыками общения у нее проблема. Но так бывает, если целый год разговаривать только с мебелью.
Она стала обдумывать новый план. Создать рабочую группу с Рамин Аджтаф и Слен Кварос и постараться выяснить, какую роль их Дома сыграли в упадке ее Дома. И, что важнее, почему они способствовали упадку. Из ревности, мести, желания присвоить собственность? Каким богатством обладал Дом Адане, чтобы вызвать такую ненависть?
Тетя Силия, наверное, посоветовала бы держаться от них всех подальше. Остаться в живых. Если эти именитые Дома поймут, что она вынюхивает, им не составит труда сделать так, чтобы Дом Адане вымер окончательно. Кидан медленно выдохнула. Ей нужно было лишь сблизиться с парой студенток, улыбаться, а не морщиться, поработать над своим тоном. С ее губ сорвался стон.
Если те Дома не убьют ее по каким-то своим причинам, то наверняка прикончат за отсутствие всякого обаяния.
