– Говорить буду я. Священник не стал бы соваться в логово повстанцев один, если бы хотел на нас напасть. Дураков среди них мало. В случае конфликта первостепенная задача – схватить его живым, – командир отряда обвел нас взглядом, убеждаясь, что все услышали его слова. – Атаковать на поражение, но только в самом крайнем случае. В Аду будут вести бой Дино и Джино, остальным выходить из тела без крайней нужды запрещено. Всем все ясно?
Здоровяки дружно закивали. Я для спокойствия вытащил из-за пояса меч. Мне вообще ничего не ясно. Надеюсь, все решится мирным путем и размахивать железкой не придется.
– Возможно, это наша последняя спокойная ночь, – с грустью пробормотал один из амбалов.
Норах, подбадривая, похлопал его по плечу.
– Не волнуйся, Кэприс. Я более чем уверен, что дальше разговора дело не зайдет.
Так в нашем отряде есть девушка? Мне почему-то казалось, что Бестелесными могут быть только мужчины.
– Но ведь они теперь знают, где наша база! – воскликнул здоровяк.
Как же режут слух женские интонации в речи двухметрового громилы. Хуже могут быть только эти симпатичные девушки с повадками Дино и Джино.
– Если бы о его визите знала церковная верхушка, сюда бы сейчас явились двести патрульных тел и пара отрядов священников, – спокойно произнес Норах.
В его словах действительно есть зерно правды: мы мешаем им самим своим существованием, куда проще было бы нас уничтожить. Значит, этому церковнику почему-то невыгодно сотрудничать со своими братьями. Меж тем, всадники стремительно приближались – уже слышен стук копыт и черные силуэты росли на глазах.
– Тень он ведет рядом, – невозмутимо заметил Николас.
Женские тела быстро переглянулись – кажется, эти ребята надеялись, что тень окажется где-нибудь далеко, и драться им не придется.
– Значит, он планирует обороняться, – сказал тот, кто сейчас находился в теле моего утреннего противника.
– Или нападать, – добавила ложку дегтя Кэприс.
Пока мы ждали, я морально готовил себя к битве со священником. В отличие от Ада, тут мне есть что терять. Ладонь, сжимающая рукоять меча, вспотела, но вместо того, чтобы успокоиться, я вцепился в нее еще сильнее. Наконец лошади остановились. Первыми с них спрыгнули рыбаки и поспешили пройти в приоткрытые ворота. Многих из них дома ждали дети и жены, воевать в их планы не входило. Приведя врага к крепости, они чувствовали за собой вину и старались не смотреть нам в глаза, но никто не обращал на них внимания. Все взгляды были прикованы к маленькой закутанной в балахон фигуре, неторопливо слезающей с лошади. Эту быструю походку и безупречную осанку я узнаю из тысячи. Арил, мой бывший наставник.
– Один из моих лучших учеников выбрался с того света? Меньшего я и не ожидал, – увидев меня, довольно хмыкнул священник. – Так и будем стоять у ворот? Вы ведь поняли, что я пришел для разговора. Так впустите гостя в свою крепость.
Лучший ученик? Черт, это приятно слышать даже сейчас. В глубине души я очень рад, что Арил, возможно, хочет стать нашим союзником. Из всех священников монастыря он мне был когда-то ближе всех.
– У нас нет никаких гарантий, что ты не шпион Инрама. Извини, но пустить тебя внутрь мы не можем, – решительно произнес Норах.
Священник задумчиво провел рукой по одному из шрамов, тянущихся от подбородка до лба.
– Если бы я хотел, то мог бы в одиночку взять всю вашу крепость, – хмурясь, сказал он. – Чем быстрее вы поверите, что я вам не враг, тем лучше.
Бестелесные переглянулись, пытаясь понять, лукавит он или нет. Я несколько раз видел моего наставника в деле и не сомневался в его словах.
– Прости, но сказать легче, чем сделать. Говорить мы будем тут, – упрямо повторил командир отряда.
– Тогда придется вас убедить, – вздохнув, сказал Арил.
В следующее мгновение он стремительно оттолкнулся от земли. За долю секунды преодолев разделяющее нас расстояние, легким толчком руки мой бывший наставник свалил стокилограммовую тушу, занимаемую единственной девушкой нашего отряда, и, выхватив у нее меч, приставил его к горлу Нораха.
– Теперь ты не сомневаешься в моих словах? – устало спросил мой бывший наставник.
Наша процессия направилась в кабинет Бальдара. Крепость уже практически погрузилась в сон, но на улице еще встречались подвыпившие мужчины, желающие быстрее добраться до дома. Смотрели они на нас с любопытством, но задавать вопросов не решались – никто не хочет ввязываться в войну. В окнах я несколько раз замечал любопытные детские лица, но родители тут же уводили своих чад в глубь комнаты. Наверное, чувствуют, что сейчас происходит что-то необычное. А может, их просто насторожил целый отряд Бестелесных в боевых телах.