Интересные отношения у подруг: пожить впустила, но никакого интереса к жизни товарки не проявила!
— Мы детдомовские, — неожиданно поделилась с молодым оперативником Елизавета. — С выпуска не общались.
— Вот оно что…
— Я получила квартирку — спасибо директрисе нашей, выхлопотала! А у Киры есть мамашка с собственным жильем… Правда, это и жильем-то только с натяжкой можно назвать — так, бобровая хатка в пригороде!
— Выходит, по закону Кире квартира не полагалась?
— Ага. Но она у мамаши жить не хочет, ведь там никаких условий нет, мать пьет с сожителем, да и на работу мотаться не в ближний край, прямо скажем. Так что, когда та идиотка Киру поперла с хаты, она ко мне притащилась, а я… Ну как я откажу?
Девушка развела руками. Похоже, после детдома Щукина неплохо устроилась: чтобы закупаться вещами в таком количестве, необходимы деньги!
— Это для детдома шмотки, — пояснила она, проследив за взглядом Александра. — Вот, собираем всем миром, не новые, но в хорошем состоянии!
Значит, все эти вещи ей не принадлежат? Белкин почувствовал, что его отношение к хозяйке квартиры резко изменилось: несмотря на то что у нее, похоже, все в порядке, Щукина не забывает дом, в котором выросла, и пытается помочь тем, кто, как и она сама, оказался без родителей.
— Вы, случайно, не в курсе, куда подалась ваша, гм… однокашница? — задал он вопрос.
— Ну у нее мужик есть — наверное, к нему, — пожала плечами Елизавета. — Не знаю, почему она сразу туда не пошла, ведь он, кажись, богатенький.
— С чего вы взяли?
— Ну у нее такой «булыжник» на пальце был — закачаешься!
— Погодите, что за «булыжник»?
— Брюлик, наверное, я не особо разбираюсь. Большой такой, розовый. О-о-очень красивый!
— Вы не поинтересовались, откуда богатство?
— А как же, да только Кирка процедила что-то типа: «Подарок». Странно, что ей такие подарочки дарят, а жить к себе не приглашают… Может, женат мужик-то?
— Дадите мне адресок матери Киры?
— Так я его никогда и не знала! В детдоме можно выяснить… наверное.
— А куда еще Кира могла пойти?
— Она же в одночасье сорвалась, понимаете? Я вернулась домой после смены — ее нет. И вещей ее тоже.
— Что, даже записки не оставила?
— Не-а, — покачала головой Щукина. — Слушайте, а что она натворила-то?
— Почему вы решили, что Кира что-то натворила?
— Ну вы же из Следственного комитета! Да и вообще она всегда была… такая.
— Какая?
— Деньги очень любит, вот какая!
— Так кто ж их не любит?
— Нет, вы не понимаете: Кирка… у нее просто глаза горят при виде купюр! Я, конечно, понимаю, что ее семья всегда жила бедно — а как по-другому с пьющей-то родней?! Но Кирка готова душу продать за бабло: я несколько раз просила ее помочь нашему детскому дому, чем сможет, но она только отговаривалась, что, дескать, у нее зарплата маленькая и ей самой не хватает… Самой не хватает, а такие кольца носит — это как? И на колеса хватает…
— На что хватает? — насторожился оперативник. — Кира что, наркоманка?
— Не то чтобы… Насколько мне известно, тяжелых наркотиков она не принимает — так, травку, колесики и все такое. Наверное, вся эта дурь немало стоит, да? Я вот ни за что на свете не стала бы тратиться на эту гадость! Жадина она, Кирка, собственница, только о себе печется, а таких у нас не любят, понимаете?
— Так вы не в курсе, кто еще мог ее приютить?
— Не-а. Говорю же, не любят ее!
— Но вы же приняли?
— Так то я… Знаете, слава богу, что она свалила!
—
— Кто? — озадаченно переспросил Ахметов.
— Уроборос — древний змей. Он встречается во многих культурах. Считается, что это название произошло от древнегреческих слов, означающих «хвост» и «есть», однако сам змей, похоже, восходит к более древней, египетской, культуре: его изображения встречаются на крышках саркофагов фараонов и даже на их ритуальной одежде… Более известное имя Уробороса — Ермунганд из скандинавской мифологии.
— Этот символ, он что-то означает?
— На самом деле много чего. Считается, что Уроборос, или Ермунганд, символ бесконечности и вечного процесса обновления. А еще — единства и борьбы противоположностей: жизни и смерти, света и тьмы…
Дамир в очередной раз подивился тому, сколь обширны знания Сурковой: казалось, нет на свете такой сферы, о которой она не имела бы представления. Неудивительно, что она одинока: наверное, не родился еще мужчина, который не побоялся бы находиться рядом с такой женщиной, не испытывая чувства неполноценности! Это должен быть либо кто-то ей под стать, либо тот, кто настолько уверен в себе, что способен ею гордиться и не ощущать дискомфорта, признавая ее превосходство во многих отношениях.
— Что ж, это уже какой-то ориентир, — проговорила следователь после недолгого молчания. — Займитесь камерами на шоссе, ладно?
— Делается, Алла Гурьевна, — кивнул Дамир. — От Антона есть вести?
— Он звонил из Никольского: кажется, есть подвижки. Сказал, что ему еще нужно зайти в отдел кадров психиатрической больницы, а потом он обещал подъехать и отчитаться.
В дверь постучали.
