Боясь возвратиться въ Борисово, — гдѣ гости его могли бы остаться на зло ему, его могла ожидать "нѣкоторая трепка", какъ говорилъ онъ себѣ мысленно, онъ отправился изъ Всѣхсвятскаго къ тому сосѣду къ которому не доѣхалъ наканунѣ и остался у него ночевать, отправивъ кучера въ Борисово за вѣстями и съ приказомъ пріѣхать за нимъ на слѣдующій день на свѣжихъ лошадяхъ. Парень вернулся съ докладомъ объ отбытіи компаніи, причемъ, молъ, перебита была ею вся фаянсовая и стеклянная посуда стоявшая на столѣ въ минуту сцены.
— Ну ее и съ ними къ чорту! махнулъ на это молодецки рукой Степанъ Гавриловичъ и, сіяющій какъ піовъ, отправился съ успокоеннымъ сердцемъ восвояси.
И вотъ онъ теперь чистокровнымъ Европейцемъ, во фракѣ и бѣломъ галстукѣ, продушенный илангъ-илангомъ, прикатилъ въ каретѣ четверкой къ обѣду во Всѣхсвятское и, округляя руки, раскланивался направо и налѣво и жалъ руки незнакомымъ ему до этой минуты лицамъ которыхъ ему поименно называла Александра Павловна: "monsieur Blanchard", "Владиміръ Христіановичъ Пецъ", "Петръ Петровичъ Молотковъ"…
— А вотъ и мужъ мой, обернулась она ко входившему въ столовую Троекурову;- monsieur Острометовъ, Борисъ… Ахъ, скажите мнѣ пожалуста ваше имя и отчество; такъ неловко безъ этого, улыбнулась она.
— Степанъ Гавриловичъ, низко кланяясь, проговорилъ молодой человѣкъ.
Троекуровъ протянулъ ему руку:
— Очень радъ…
И обернувшись въ сторону шедшаго за нимъ лица, подвелъ его легкимъ движеніемъ руки къ женѣ:
— Графъ Снядецкій-Лупандинъ, ma chère… А это дочь моя, Марья Борисовна Троекурова, примолвилъ онъ съ улыбкой, указывая гостю на Машу.
Что-то словно жаломъ кольнуло Степу Острометова въ грудь.
Хозяйка представила его до сихъ поръ всѣмъ, кромѣ дочери. А тутъ отецъ первымъ дѣломъ знакомитъ съ нею этого какого-то графа, "навѣрно ужъ петербургскаго", и несомнѣнно, чуялъ онъ съ невыразимою тревогой, пріѣхавшаго сюда въ тѣхъ же цѣляхъ, съ тѣми же намѣреніями съ какими онъ самъ…. Но лицо его тутъ же просило:
— Pardon, Степанъ Гавриловичъ, поспѣшно проговорила Александра Павловна, — я забыла познакомить васъ съ моею Машей.
Дѣвушка, широко усмѣхаясь своими румяными устами, протянула ему руку и пожала его слегка задрожавшіе пальцы быстрымъ и твердымъ, какъ бы мужскимъ, движеніемъ, между тѣмъ какъ графъ, съ которымъ она только что обмѣнялась такимъ же рукожатіемъ на мужской манеръ, продолжалъ расшаркиваться, склонивъ почтительно голову нѣсколько набокъ, словно никакъ не желая уступить въ изяществѣ самому ему, Острометову.
— Ты помнишь господина Свищова? сказалъ Троекуровъ женѣ, указывая на быстро подходившаго къ нимъ "московскаго браво".
— Certainement…. Какъ васъ давно не видать было! Вы не живете болѣе въ нашихъ странахъ? спросила она.
— Je suis comme les paladins, toujours par monts et par vaux, отвѣтилъ Свищовъ, молодцовато приподнимая вверхъ одинъ изъ разбойничьихъ усовъ своихъ, наклоняя галантно голову и слегка пристукивая каблукомъ.
— Vous revenez de France, comme toujours? спросилъ его, въ свою очередь, смѣясь, M. Blanchard.
— Un peu, mon neveu! отвѣтилъ тотъ, подмигивая, чистѣйшимъ пошибомъ парижскаго rapin. [72]
Blanchard только поглядѣлъ на него и чуть-чуть повелъ плечомъ.
— Господа, милости просимъ, сказалъ хозяинъ, направляясь къ столу.
Александра Павловна сѣла, пригласивъ взглядомъ петербургскаго графа занять мѣсто около себя съ дѣвой стороны (съ правой постоянно сидѣлъ подлѣ нея за столомъ Павелъ Григорьевичъ Юшковъ когда бывалъ во Всѣхсвятскомъ).
