— Въ одной петербургской газетѣ помѣщена на дняхъ корреспонденція изъ нашихъ мѣстъ, въ которой передается о дуэли, предполагавшейся якобы быть между двумя здѣшними землевладѣльцами и которая остановлена была своевременнымъ распоряженіемъ уѣздной полиціи, то-есть, вами.
— Знаю-съ, читалъ, сказалъ коротко исправникъ.
— А!.. Признаете-ли вы, что фактъ этотъ вѣренъ?
— Не солгу, вѣренъ, отвѣтилъ не сейчасъ исправникъ.
— Говорится тамъ дальше, что полиція, то-есть, вы же опять, извѣщены были объ этомъ фактѣ отцомъ той особы, изъ-за которой будто бы должна была произойти эта дуэль. И это вѣрно?
— Безстыднѣйшая ложь! вскликнулъ на это майоръ, быстро поднимая на собесѣдника своего вопрошающіе и какъ бы даже нѣсколько испуганные глаза.
Троекуровъ чуть-чуть усмѣхнулся:
— Изъ тона вашего отвѣта не трудно понять, что вы заключающійся въ этой корреспонденціи болѣе чѣмъ прозрачный намекъ на этого отца и дочь отнесли по настоящему его адресу. Это избавляетъ меня отъ необходимости объяснять вамъ, почему счелъ я себя въ правѣ обратиться къ вамъ съ настоящими моими вопросами.
— Это грязныхъ рукъ дѣло, Борисъ Васильевичъ! вырвалось какъ-бы невольно у "майора съ Балканъ".
Новая, горькая усмѣшка скользнула по губамъ бывшаго Кавказца:
— И не въ нашей власти казнить ихъ за это, — таково положеніе вещей у насъ! пропустилъ онъ сквозь сжатые зубы. — Позвольте еще одинъ вопросъ… послѣдній, примолвилъ онъ.
— Извольте…
— Считаете-ли вы возможнымъ сказать мнѣ, изъ какого именно источника получили вы свѣдѣніе о томъ, что предполагается эта дуэль? Именъ имѣвшихъ драться я не спрашиваю: они всему уѣзду извѣстны.
Игнатьевъ еще разъ поднялъ на него глаза.
— Нѣтъ, Борисъ Васильевичъ, отвѣтилъ онъ, подумавъ:- я полагаю, что обязанности мои не даютъ мнѣ на это права.
Троекуровъ одобрительно кивнулъ:
— Да, вы честный человѣкъ, и другаго отвѣта я не долженъ былъ ожидать отъ васъ… Но вотъ что я вамъ скажу, добавилъ онъ нежданно, пристально воззрясь самъ теперь въ лицо своего собесѣдника: — вы презираете того… или тѣхъ, подчеркнулъ онъ, — кѣмъ доставлено вамъ это свѣдѣніе.
Исправникъ не отвѣчалъ, но что-то дѣйствительно презрительное сказалось на мигъ на его серіозномъ и блѣдномъ лицѣ.
Тяжелы были живому, дѣятельному старому моряку недвижность и бездѣйствіе, на которыя былъ онъ облеченъ своимъ недугомъ. Еще тяжелѣе, быть можетъ, отзывалась въ душевной глубинѣ его смерть нѣжно любимаго брата и сознаніе, что и для него самого съ потерею ногъ наступало "начало конца". Но тѣмъ спокойнѣе, тѣмъ безтревожнѣе старался онъ являть себя въ глазахъ другихъ. Онъ, улыбаясь, чуть не весело привѣтствовалъ входившаго къ нему съ хозяиномъ дома исправника, сидя у открытаго окна въ выписанномъ для него изъ Москвы креслѣ о двухъ колесахъ, съ накинутымъ ему на колѣни Александрой Павловной, въ огражденіе отъ сквознаго вѣтра, пледомъ.
— Здравствуйте, майоръ, очень радъ; спасибо, что не забыли инвалида… Да-съ, вотъ видите, какъ подрѣзало, указалъ онъ на свои ноги, протягивая ему руку и сжимая пальцы ему до боли.
Ипатьевъ чуть-чуть поморщился даже.
— По рукѣ судя, сила не преминетъ вернуться вамъ и въ ноги скоро, усмѣхнулся онъ слегка. почтительно кланяясь въ то же время Александрѣ Павловнѣ и дружелюбно Гришѣ, сидѣвшимъ на низенькомъ диванѣ подлѣ недужнаго.
— Дай Богъ, дай Богъ, какъ бы небрежно проговорилъ тотъ, — а только полагаю, что данный мнѣ непрошенно отдыхъ отъ службы слѣдуетъ мнѣ разумѣть, какъ безсрочный отпускъ… Я уже подалъ формальное заявленіе объ увольненіи моемъ отъ должности…
— Знаю-съ… Въ исправленіе ея, значитъ, вступитъ его превосходительство? указалъ глазами исправникъ на Троекурова.
— Не надолго, сказалъ тотъ:- я подаю со своей стороны заявленіе о болѣзни… Пусть бремя власти, усмѣхнулся онъ, — падетъ на молодыя плечи нашего депутата отъ дворянства, здѣ предстоящаго, — и онъ кивнулъ на Гришу. — пусть поработаетъ на пользу общую.
