Все эти меры были частью внутреннего контроля, осуществляемого, когда иностранцы уже находились в стране, но государства также предпринимали меры по контролю за въездом. Визовые ограничения были средством предотвращения въезда нежелательных иммигрантов, и получить визы становилось все труднее. Все больше ресурсов выделялось на пограничный контроль. В 1935 году французское правительство назначило 25 новых инспекторов пограничной полиции, кроме того, для контроля иммиграции начали использовать таможенников. Такое же ужесточение пограничного контроля можно наблюдать и в других странах, хотя законодательные изменения были незначительными. В Нидерландах сменявшие друг друга руководители Пограничной службы и службы по делам иностранцев (
Во всех семи западноевропейских странах, рассмотренных в данном исследовании, беженцы, нуждающиеся в визе, но не имеющие ее, которые пытались нелегально въехать в страну после лета 1933 года, или беженцы без средств, задержанные властями вблизи границы, как правило, выдворялись пограничной полицией. Даже если им удавалось попасть в одну из этих стран, они рисковали оказаться в положении любого другого нежелательного иностранца. Особенно это касалось тех, кто был обездолен и/или не имел документов и не получал никакой помощи от комитетов по делам беженцев – либо потому, что им не давали возможности вступить в контакт, либо потому, что их прошения отклоняли. Сорок евреев из Германии, проживавших в Амстердаме, были арестованы в 1937 году. Их видимые средства поддержки были сочтены недостаточными, и с ними обошлись так же, как с любым другим иностранцем, оказавшимся в подобном положении. В официальном документе о высылке они названы «так называемыми еврейскими беженцами». Голландские власти не признали их беженцами, и они были репатриированы амстердамской полицией по делам иностранцев и переданы немецким властям на границе. Аналогичным образом в Дании таких людей либо сажали на паром в Германию или Данциг, либо сопровождали до границы и передавали немецкой полиции. В Бельгии власти выдворяли нежелательных иммигрантов через границу с Германией, а во Франции им просто приказывали покинуть страну. Только если им удавалось связаться с комитетами беженцев и их признавали имеющими право на поддержку, они получали защиту от депортации. Швейцарское законодательство признавало официальный статус беженца, но для этого беженец должен был обратиться к властям в течение 48 часов после прибытия. Хотя швейцарская система и не являлась судебной, она давала больше гарантий от административного произвола, чем процедуры получения статуса в других западноевропейских странах. Но даже в этом случае статус беженца в Швейцарии не обязательно обеспечивал защиту от высылки. Несоблюдение обязательства воздерживаться от политической деятельности считалось достаточным основанием для высылки «беженца» по соображениям общественного порядка, и решение принималось Бундесратом. В период с 1933-го по 1935 год швейцарцы предоставили статус политического беженца 366 лицам, бежавшим из Германии. В Бельгии, Дании, Франции и Люксембурге была введена неофициальная процедура получения статуса, которая зависела от усмотрения администрации. К 1935 году в Бельгии «беженцами» считались не более 400 человек, а в Дании – 450. Во Франции «беженец» стал статусом, закрепленным законом, поскольку декретный закон от октября 1935 года освободил от высылки иностранцев без гражданства и тех, кто был признан беженцем.
