Власти Швейцарии и Дании высылали коммунистических «беженцев», не соблюдавших установленные для них правила, но тем не менее власти не хотели отправлять коммунистов обратно в Германию. Швейцарцы предпочли отправить их через французскую границу, а когда Париж выразил протест, они продолжили переправу тайными путями. В Дании, однако, из-за отсутствия альтернатив репатриация в Германию считалась подходящей для (недостойных) коммунистов, поскольку она давала понять, что те должны строго придерживаться условий, установленных датскими властями. Власти не хотели, чтобы эта показательная репатриация получила широкую огласку, но Красная помощь понимала это, и как только один из ее подопечных был арестован, она организовала широкое освещение в прессе. В качестве интересного компромисса датские власти предложили Красной помощи организовать отъезд беженцев, отбывающих небольшой срок заключения, в Советский Союз. Этот процесс отнюдь не был простым. Чтобы эмигрировать в СССР, немецким коммунистам требовалось разрешение центрального комитета КПГ, а такие разрешения выдавались крайне редко, поскольку СССР не хотел массовой иммиграции. Тем не менее Советский Союз предложил немецким коммунистам в Дании убежище, но угроза их репатриации так и не была реализована. С мая 1935 года Советский Союз все больше ограничивал доступ на свою территорию для коммунистических беженцев. Этот отказ принимать немецких коммунистов был в первую очередь результатом растущей ксенофобии внутри самого советского режима.
Изменяющиеся схемы расселения коммунистических беженцев показаны в табл. II.2.1, в которой отражено распределение коммунистических чиновников по Европе. Это не является четкой картиной предоставления убежища всем беженцам-коммунистам, поскольку в первую очередь отражает стратегию коммунистов по защите своих функционеров и созданию коммунистических центров для «политики изгнания». Таблица показывает важность Советского Союза как страны убежища для немецких коммунистов в 1935–1936 годах, несмотря на его изоляционистскую позицию. Начиная с 1936 года Испания стала излюбленным местом назначения для многих немецких коммунистов, но Франция на протяжении всего периода оставалась страной убежища в основном для беженцев-коммунистов.
Таблица II.2.1. Распределение 333 беженцев – коммунистов из Германии по странам убежища, 1933–1937 гг. (чел.)
То, что в Западной Европе являлось, по сути, лишь неофициальным статусом беженца, было недоступно не только большинству коммунистов, но и большинству евреев, бежавших из Германии. Традиционные определения беженца не охватывали обстоятельств, имевших место в нацистской Германии, но в этот период они оставались в основном неизменными. Похоже, что бельгийская и датская неофициальная политика в отношении беженцев была несколько более либеральной, поскольку некоторые из тех, кто бежал от антисемитских преследований, получили неофициальный статус беженца. Из 400 «беженцев» в Бельгии, среди которых были не только политические активисты, но и государственные служащие, уволенные из-за их еврейского происхождения, 330 получили поддержку еврейского комитета помощи беженцам. Однако большинство западноевропейских государств не признали антисемитские преследования в качестве
