Немецкие еврейские организации постоянно предупреждали нацистов о том, что стратегия сброса может оказаться контрпродуктивной. С начала января 1939 года несколько международных организаций попытались обуздать эту жестокую политику. Основные британские и американские благотворительные организации – Совет по делам немецкого еврейства и «Джойнт» – пригрозили, если подобные пагубные эксперименты продолжатся, лишить субсидий всю еврейскую эмиграцию из Великой Германии. Немецкие практики, кроме всего прочего, создавали значительные риски для пароходных компаний. Если по прибытии проездные документы беженцев оказывались недостаточными или недействительными и им запрещали сойти на берег, пароходные компании были обязаны вернуть их в пункт отправления. В результате многие солидные западноевропейские перевозчики почти перестали перевозить еврейских беженцев за границу, и большинство путешествий совершалось на зафрахтованных итальянских или греческих судах. Фрахтовые компании страховали свой риск, требуя, чтобы беженцы покупали обратные билеты, а также оплачивали часть стоимости проезда в (твердой) иностранной валюте. Британское правительство решило положить конец неконтролируемой нелегальной иммиграции в Палестину и оказало дипломатическое давление на европейские государства, из которых отправлялись нелегальные суда. Государства, под «удобными флагами» которых ходили нелегальные суда, также оказались под прицелом британцев, и к маю 1939 года британская слежка и дипломатическое вмешательство сделали невозможным использование средиземноморских портов для нелегального проникновения в Палестину. Немецкие власти быстро предприняли необходимые шаги, чтобы обеспечить продолжение эмиграции за границу, прежде всего наняв для выполнения этой задачи немецкие судоходные компании.
Нацисты поддерживали организованные сионистами путешествия в Палестину, которые начинались в Вене или Братиславе, и использовали Дунай в качестве маршрута к Черному морю.
По данным еврейских организаций, с 1 января 1939 года до начала Второй мировой войны в сентябре Великую Германию покинули около 50 000 человек. Палестина и Азия (в основном Шанхай) приняли не менее 10 % эмигрантов, но большинство выехавших за границу – почти треть от общего числа – направились в Америку. Впервые с 1933 года Соединенные Штаты приняли почти столько же, сколько южноамериканские государства. Однако впервые с 1933 года большинство беженцев из Великой Германии в 1939 году остались в Европе. К 1939 году легальная эмиграция и переселение за границу для подавляющего большинства евреев, все еще остававшихся в Великом германском рейхе, были закрыты.
Страны, граничащие с Германией, были для многих единственной возможностью спастись. В то время как немецкие власти закрывали глаза на нелегальные переходы в Восточную Европу, после ноября 1938 года они тщательно охраняли границы с Западной Европой. Таким образом, еврейские беженцы, желающие бежать в большинство стран Западной Европы, должны были перехитрить не только пограничную полицию страны, в которую они пытались попасть, но и германских пограничников. С начала ноября 1938 года немецкие власти отдали приказ арестовывать всех евреев, обнаруженных вблизи границы без паспорта и визы, необходимых для въезда в Бельгию, Францию или Швейцарию, а взрослых евреев-мужчин отправлять в концентрационные лагеря. К январю 1939 года эта крайне репрессивная политика была распространена на всю западную границу Германии. Немецким пограничным полицейским управлениям на германо-голландской границе (
Хотя давление на евреев, вынуждавшее их покинуть рейх, оставалось крайне жестким, очевидно, что в целом немецкие власти больше не стремились выселять евреев в соседние западные страны. Однако локальные примеры «выброса» продолжали иметь место. Так, например, гестапо отправило группу еврейских детей на поезде через голландскую границу в Неймеген, а затем просто бросило их, тем самым заставив голландские власти расхрабриться и отправить их обратно. В отчете
