– Скорее всего. Что делает их опаснее – они не знают страха, боли, сомнений. Идеальные солдаты.
Айрис, всё ещё восстанавливающаяся от своего испытания, подняла руку.
– Я знаю кое-что. Когда Орден экспериментировал надо мной, они упоминали «древний проект». Что-то о воссоздании Первых Хранителей. Может, они…
– Они пытались вернуть Мирану, – поняла Лира. – И преуспели. Боги, что же они выпустили?
Совет продолжался до глубокой ночи. Планы атаки, защиты, переговоров – всё обсуждалось. Но в конце все взгляды обратились к Лире.
– Я пойду, – сказала она тихо. – Но не одна. Связанные идут вместе.
– Лира… – начал Кайден.
– Нет. Мы в этом вместе с начала. Не разделимся сейчас. – Она посмотрела на Эсме, на Умбру. – Все четверо. Как всегда.
– Пятеро, – вмешалась Айрис. – Я иду тоже.
– Ты едва восстановилась…
– Мой отец рисковал всем, чтобы привести меня сюда. К вам. – Айрис встала, её теневой доспех мерцал решимостью. – Я не подведу его доверие. И… – она посмотрела на Лиру, – я чувствую, что должна быть там. Не знаю почему, но должна.
После долгих споров согласились. На рассвете пятеро – Лира, Кайден, Эсме, Айрис и, конечно, Умбра – вышли из Цитадели.
Путь до лагеря казался бесконечным. С каждым шагом давление росло – не физическое, но духовное. Тень Мираны давила на реальность самим своим существованием.
Солдаты расступались перед ними, создавая коридор. Их лица были пустыми, глаза – безжизненными. Сотни марионеток, ждущих приказа.
В центре лагеря стоял не шатёр, а нечто похожее на теневой храм – структура из чистой тьмы, удерживаемая волей.
И внутри ждала Мирана.
Вблизи она была ещё более впечатляющей. Высокая, величественная, с лицом, которое было старшей версией лица Лиры. Но глаза… в глазах жила древняя усталость и что-то похожее на безумие.
– Дитя моей крови, – произнесла она, и голос резонировал с силой веков. – Наконец-то.
– Прабабушка, – Лира склонила голову в формальном приветствии. – Ты должна быть мёртвой.
– Смерть? – Мирана улыбнулась, и это было жутко. – Я несу в себе тени тысяч. Смерть – просто ещё одна граница, которую можно пересечь. Орден, в своей глупости, дал мне якорь в этом мире. И я вернулась.
– Зачем? Мир изменился. Угроза Пожирателей нейтрализована. Нет нужды в старых методах.
– Нет нужды? – В голосе Мираны появилась сталь. – Я вижу, что ты сделала. Сумеречное преображение, открытие порталов, «исцеление» Пожирателей. Ты разрушаешь всё, ради чего мы жертвовали!
– Я создаю новый путь!
– Ты создаёшь хаос! – Мирана встала, и её тень расширилась, заполняя пространство. – Хранители существовали, чтобы держать тьму под контролем, не танцевать с ней! Ты осквернила наше наследие!
Напряжение достигло критической точки. Но тут вмешался неожиданный голос:
– С всем уважением, леди Мирана, – сказала Айрис, выступая вперёд, – вы ошибаетесь.
Все повернулись к ней в шоке. Молодая девушка, осмелившаяся противоречить древней Хранительнице.
– Ты кто такая, чтобы говорить со мной? – холодно спросила Мирана.
– Я жертва старых методов. Как и вы. – Айрис не отступила. – Орден пытался использовать ваши техники на мне. Превратить мою тень в цепи. И знаете что? Это чуть не убило меня. Пока Лира не показала другой путь.
– Какой путь?
– Принятие. Партнёрство. Любовь. – Айрис улыбнулась. – Всё то, что вы, кажется, забыли за века борьбы.
Мирана смотрела на девушку долгим взглядом. Потом что-то изменилось в её лице.
– Ты… ты носишь метку Кузнеца. Торина. – Понимание озарило её. – Ты та девочка. Та, которую я видела в видениях. Ключ, который не должен был существовать.
– О чём ты говоришь? – потребовала Лира.
Мирана села обратно, внезапно выглядя своего истинного возраста.
– Пророчества. Не только о Связанных, но о Пятой. Той, кто соединит старое и новое. Дочь металла и тени, исцелённая любовью. – Она смотрела на Айрис с удивлением. – Я думала, это метафора. Но ты буквально это воплощение.
Айрис выглядела растерянной, но что-то в словах резонировало. Её теневой доспех начал мерцать, отвечая на что-то древнее в воздухе.
– Может, – медленно сказала Лира, – может, это знак. Что пора отпустить старые пути. Принять новые.
– Отпустить? – Мирана горько рассмеялась. – Ты не понимаешь, дитя. Я не могу отпустить. Тени внутри меня – это не просто силы. Это люди. Тысячи душ, доверивших мне своё существование. Если я «отпущу», они умрут окончательно.
Тяжесть её слов повисла в воздухе. Бремя веков, ответственность перед мёртвыми.
– А если не отпустить, а преобразовать? – предложила Эсме. – Как Лира сделала с Пожирателями. Дать им новую форму существования.
– Невозможно. Они слишком долго были частью меня.
– Невозможное – наша специальность, – сказал Кайден. – Верьте нам. Мы найдём путь.
Мирана смотрела на них – пятеро молодых людей, предлагающих надежду после веков отчаяния. В её древних глазах мелькнула искра чего-то, что могло быть надеждой.
– У вас есть план?
Лира выступила вперёд, протягивая руку.
– Работаем над ним. Но сначала – доверьтесь нам. Позвольте помочь. Вместе мы сильнее, чем поодиночке.