Потому что через два дня город будет оцеплен. Не патрулями Орловых, которых еще можно было как-то обойти, а имперскими легионерами. И любая наша самодеятельность на территории, где работает сам Легат, будет расценена не как внутренние разборки, а как прямое неповиновение имперской власти. А за такое здесь, я уверен, не гладят по головке. За такое здесь эту самую головку просто снимают с плеч. Без суда и следствия.
Мой план, который еще полчаса назад казался мне верхом стратегической мысли, превратился в тыкву. Придется импровизировать. А импровизация в нашем деле, как я уже успел убедиться, — самый короткий путь на виселицу.
У меня просто не было времени на разведку и подготовку.
— Я иду с тобой.
Голос Арины прозвучал твердо и безапелляционно. Она смотрела на меня в упор, и в ее глазах не было ни тени сомнения.
— Это не обсуждается, — добавила она, предвосхищая мои возражения. — Ты слепой, барон. Ты не видишь их. А поместье этого Аристарха наверняка кишит агентами Ордена, как дохлая собака — червями. Только я могу их почувствовать. Отличить их ауру небытия от обычной стражи. Без меня ты сунешься прямиком в ловушку. Моя сила — твой единственный детектор скрытой угрозы.
Она была права, черт побери. Права на все сто. Моя Искра могла просканировать стену, найти слабое место в конструкции, но она была бессильна против человеческой подлости и тайных агентов. Аура Арины была нашим единственным радаром.
Ратмир слушал ее, и его лицо было непроницаемым. Он перевел взгляд со своей раны на уставшие лица своих людей, потом на труп ассасина, который уже начали присыпать землей. Я видел, как в его голове рушится последняя преграда — его приказ «вернуть наследницу». Он понял, что этот приказ потерял всякий смысл. В этой новой, безумной гонке со временем старые правила больше не работали.
Он сделал свой окончательный выбор. Перешел ту черту, которая отделяет слепого исполнителя от настоящего соратника.
— Степан, Игнат, — позвал он двух самых здоровых и опытных на вид воинов. — Вы двое — со мной. Остальные, — он обвел взглядом оставшихся бойцов, — разбиваете здесь лагерь. Укрепиться по всем правилам. Если в лесу появятся патрули Орловых — отвлечь на себя, пошуметь, но в бой без нужды не ввязываться. Ваша задача — выиграть нам время.
Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидел мрачную решимость. Он ставил на кон всё — свою жизнь, жизнь своих людей, свою честь.
— Если мы провалимся, то погибнем вместе, как воины, а не как гонцы, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — А если победим — я скажу Легату, что действовал по своему усмотрению, чтобы защитить наследницу рода от неминуемой угрозы, которую обнаружил в Торнхольде.
Он брал всю ответственность на себя. Этот ход превращал его из моего конвоира в командира нашего маленького, самоубийственного отряда.
«Альянс сформирован. Состав: одна тактическая единица (Михаил), одна единица поддержки и обнаружения (Арина), три единицы тяжелой пехоты (Ратмир и Ко). Шансы на успех… незначительно повысились», — бесстрастно прокомментировала Искра.
«Спасибо, обнадежила», — буркнул я и снова уставился в карту.
Ратмир подошел и ткнул своим толстым, как сарделька, пальцем в центральное здание, обведенное жирной линией.
— Поместье Аристарха — это крепость в крепости. Стены, стража — это все решаемо. Мы найдем способ пролезть. Но главная проблема не в них.
Он нахмурился, и его лицо стало еще более мрачным.
— По слухам, которые дошли до леди Вероники, оно защищено «Печатью Молчания». Это древний артефакт, который создает вокруг себя поле, подавляющее любую активную магию.
У меня внутри все оборвалось.
— Что это значит? — спросила Арина, хотя по ее лицу я видел, что она уже поняла.
— Это значит, — Ратмир посмотрел сначала на нее, потом на мой меч, — что как только ты, леди, со своей аурой, или ты, барон, со своим говорящим мечом, попытаетесь что-то сотворить внутри периметра — даже самую малость, — сработает тревога. Все выходы, решетки, двери будут мгновенно запечатаны. Мы окажемся в каменном мешке, из которого нет выхода. Нам останется только ждать, когда хозяин придет посмотреть, кто попался.
Мало нам проблем с таймером в виде Легата, так теперь еще и наши главные козыри — аура принцессы и мой говорящий меч — превратились в бесполезные погремушки. План требовал немедленных действий. Отряд, сокращенный до самого необходимого минимума — я, Арина, Ратмир и двое его самых отмороженных на вид мордоворотов, Степан и Игнат, — под покровом утреннего тумана направился в Торнхольд.
