Он упаковал пишущую машинку и вышел в тускло освещенный коридор, ожидая увидеть Шейна. Однако там никого не было, и Роман отправился на фабрику под дождем, в одиночестве, обуреваемый любопытством и вопросами, которые возникли вчера у могилы Луза. Он хотел поговорить с лейтенантом наедине, но возможности не представилось, и теперь, поднимаясь на верхний этаж фабрики, он в сотый раз прокручивал в голове одно и то же: ключ, рисующий на земле портал. Выражение лица Дакра, когда бог вышел из могилы.
Что он там увидел? Неужели Луз мертв?
К удивлению Романа, дверь в кабинет Дакра была закрыта, и ее охраняли двое солдат.
– Господин главнокомандующий не желает, чтобы его сейчас беспокоили, – сказал один из них.
– Он только что послал за мной, – ответил Роман, нерешительно останавливаясь. – Мне зайти позже?
Солдаты переглянулись. Видимо, они боялись любого гнева Дакра: и если помешать ему, и если отослать прочь его ручного корреспондента.
– Ну тогда иди, – разрешил второй солдат, кивнув в сторону двери.
Роман кивнул и проскользнул мимо них в кабинет.
Прежде всего он заметил, как здесь темно. Несмотря на целую стену залитых дождем окон, из-за грозы по углам и вокруг мебели сгущались тени. На столе горели несколько свечей; их огоньки трепетали на сквозняке.
Роман неуверенно застыл, вглядываясь в темноту. Дакра в кабинете не было. Может, бог в одиночку вернулся к могиле Луза? Роман повернулся, чтобы уйти, но вдруг услышал чье-то дыхание. Глубокое и тяжелое, словно сонное.
Сглотнув, Роман двинулся в центр кабинета, откуда увидел сияющие золотистые волосы на подлокотнике дивана. Дакр спал на диванных подушках с приоткрытым ртом, скрестив руки на груди.
Когда-то Дакр говорил, что богам сон почти не нужен, и теперь Роман удивлялся, почему тот делает себя уязвимым.
Он шагнул ближе, сердце заколотилось.
«Я могу его убить, – подумал Роман, глядя на безмятежное лицо бога. – Могу убить и покончить со всем здесь и сейчас».
Его единственным оружием была пишущая машинка в футляре. Роман быстро сообразил, что не знает, каким способом лучше убить божество, даже если бы у него был клинок, пистолет или спички, чтобы сжечь бессмертное тело дотла.
Несмотря на жестокую действительность, Роман огляделся – нет ли какого-нибудь оружия в темных углах. Он ничего не нашел, но его взгляд упал на освещенный свечами стол с разложенными на нем картами.
Ему не терпелось еще раз изучить карту подземного мира, и он ждал момента, когда останется с этой картой один.
Роман подошел к столу и положил руку на подробное изображение Камбрии. Нижняя карта осветилась. Он проследил вдоль действующих путей до самого Оута. На этот раз он знал, что искать. Хотя большая часть города осталась спящей и темной, поскольку дороги до сих пор ремонтировали, под Оутом бежала единственная яркая жилка, прямо через середину города к северной окраине.
Действующий путь.
Он заканчивался мерцающим голубым кружком, отмечающим усадьбу Киттов. Как и подозревала Айрис. Роман жалел, что ему раньше не пришла в голову мысль о возможном участии отца. Что он не вспомнил о магических странностях дома, в котором вырос, и не подумал, что они могут быть связаны с дверями в подземный мир.
Где же другие порталы?
Он наклонился ближе, чтобы лучше рассмотреть город. Тщательно изучил действующий путь и заметил еще кружочки, не подсвеченные голубым. Значит, это другие магические двери? И это даже без учета путей, которые, как он знал, тянулись под Оутом, но еще не были расчищены. Дверей могли быть сотни, и Роман задержался еще на три вдоха, чтобы запомнить освещенный путь и кружочки прежде, чем убрал руку и отошел.
Он сел за отведенный для него стол и взял из стопки чистый лист бумаги. Закрыв глаза, он снова увидел эти освещенные маршруты. Они были словно выжжены на веках, и Китт постарался как можно точнее нарисовать их авторучкой.
Вдруг в комнате похолодало.
Роман открыл глаза.
Дакр зашевелился на диване. Его дыхание участилось, словно ему снился кошмар; он стиснул кулаки. Роман перевел взгляд на дверь, оценивая расстояние. Он не успеет уйти, прежде чем Дакр проснется, значит, нужно найти причину, что Роман здесь делает. Он заметил «Печатную трибуну», которая по-прежнему лежала на столе. Ту самую, со статьей Айрис про несчастную любовь Дакра к Энве. Газета была помята, как будто с ней грубо обращались.
Роман отметил три потенциальные двери на своей наскоро нарисованной карте и определил, в каких общественных зданиях Оута могут быть магические порталы. Потом заставил себя сложить листок и засунуть в карман и начал распаковывать пишущую машинку, как будто для обычной послеобеденной работы. Вдруг тишину нарушил разгневанный голос Дакра.
– Энва.
От этого звука у Романа кровь застыла в жилах. Он замер, глядя, как Дакр садится на диване. Бог был к Роману спиной и по-прежнему не замечал его. Он закрыл лицо руками – при виде такого человеческого жеста у Китта кольнуло в груди.
– Господин, – прохрипел Роман, решив, что лучше заявить о своем присутствии. – Я пришел, чтобы закончить статью.
