После мастерских Таларис завел меня в прекрасный зимний сад, непрестанно рассказывая, то о редких, представленных здесь растениях, то о многочисленных заслугах эльфийского короля. Под конец нашей прогулки, когда солнце уже скрылось за горизонтом, а мои опасения за пропавшего из виду Валеру отдавались ускоренным биением взволнованного сердца в груди, Таларис вынул из кармана своего плаща брошюру в кожаном переплете с королевским гербом и будто самое ценное сокровище вручил в мои руки.
— Вот, ознакомьтесь на досуге.
— Что это?
— Как что? История восхождения Элириона Великого: ранние годы, хроники его славных боев, личная жизнь, жены, братья, и бесчисленные заслуги в качестве мудрого правителя.
— И все это уместилось здесь?
— В кратком содержании, конечно же, — и не повел бровью Таларис. — Триста лет, Мария, и для эльфов немалый срок, такое в крохотную брошюру не запишешь. Но, если вас после прочтения заинтересует что-то конкретное, спрашивайте, я всегда к вашим услугам.
— Спасибо, вы очень добры, — постаралась изобразить на лице милейшую покорность. — И за экскурсию огромное спасибо!
— И вам, Мария, и вам! — Таларис галантно потянулся к моей руке, оставляя на ней неспешный поцелуй, в этот самый момент перед нами появился Валерий.
Он был в человеческом обличье и воинском обмундировании, как если бы состоял в коннице Драгомира. Сам воевода был здесь же, а еще хорошенькая молодая эльфийка, чье лицо мне очень кого-то напоминало, правда, кого конкретно, я так и не вспомнила. Первая супруга короля, Великая Халли, расположилась по правую руку от девушки. Признаться, я даже растерялась под всеми этими взглядами.
— Не смей ее касаться! — буквально вырвал меня Валерий из рук Талариса, и притянул к себе.
— А вы, извините, кто такой будете? Нас, кажется, не представили, — не скрывал надменной улыбки Таларис, как если бы разыгрывал какую-то одному ему понятную партию.
— Я Валерий, Машин жених.
— Ах, вы тот самый зверек, который всюду таскался за ней следом? Простите, сразу не признал, — усмехнулся эльф, явно задев Валеру за живое, и я поняла, что сейчас и сама должна правильно разыграть карту, даже если сделаю ему больно. Пришло мое время действовать решительно.
«Прости, любимый!» — уже корила я себя в мыслях за то, что прямо сейчас собиралась осуществить.
— И никакой он мне не жених, а бывший босс! — вырвалась из таких желанных объятий, гордо задрав подбородок. — Ишь, чего себе надумал! Этот тиран и здесь хорошо устроился: днем он милашка енот, ночью — прежний крутой перец. Оборотень недоделанный! А мне таскай его всюду и бесконечные указания выполняй. Маша то, Маша это… Хватит, надоело! Уж лучше в гарем к местному королю эльфов, чем все это терпеть!
— Ну вот, что я и говорила, — зашептала ошарашенному Валере та самая девица. — Уже загипнотизировал.
— Маш, ты чего? — ласково коснулся Валерий моей руки, заглядывая в глаза. — Я люблю тебя, и ты меня любишь. Ведь так? Разве такое забывается за одну экскурсию в мастерские? Ты моя! Не пущу я тебя ни в какой гарем!
Каких же сил мне стоило выдержать это его взгляд и остаться хладнокровной, после чего резко дернуть плечом, словно мне неприятно его прикосновение, еще и отступить на пару шагов к Таларису.
— Видите, снова раскомандовался! А кто давал ему на это право? Нет, этот его тотальный контроль просто невыносим. Опять никакой личной жизни!
— Мария, не переживайте так. Здесь вы под моей защитой, и под защитой короля, Элириона Великого, конечно же. В этих стенах никто не смеет диктовать вам, что делать, — ожидаемо вступился за меня Таларис, в то время, как Валерий Дмитрич рвался в бой, а Драгомир всеми силами сдерживал его, сурово при этом сдвинув брови.
— Он околдовал ее, загипнотизировал! — сорвалось в отчаянии с любимых губ. — Сделайте же что-нибудь.
Великая Халли подняла в воздух руки в моем направлении, и я ощутила, как энергия, исходившая от эльфийки, волнами прошла сквозь меня, запустив по телу волну одуревших мурашек.
Надеюсь, мысли она читать не умеет, иначе весь мой план по спасению Валерия Дмитрича развалится на ровном месте.
— Уверяю вас, молодой человек, что это решение девушка приняла совершенно осознанно. Я не вижу на ее ауре следов гипнотического воздействия, разве что совсем незначительное, — прозвучало как незаметный подкол в сторону Талариса, и тот недовольно скривился.
Зато Валерий был сам на себя не похож. Как же он смотрел на меня в этот момент, сердце разрывалось на части! Таких терзаний совести и душевных мучений я прежде за всю жизнь не испытывала. Не появись он здесь и сейчас со всей этой командой невольных свидетелей, все было бы иначе. Мы смогли бы спокойно поговорить наедине в спальне, и, возможно, мне удалось бы его убедить действовать по этому плану, лишь бы завтра попасть на прием к королю. А там мы что-нибудь обязательно придумали бы. Но сейчас все происходило ровно так, как и должно было, иначе я потеряла бы расположение Талариса.
— Прости, друг, но мы здесь бессильны, — только и пожал плечами воевода. — Идем спать. Утро вечера мудренее.