Но среди царского окружения встречались настоящие воины и герои. Об одном из них – третьем сыне великой княгини Марии Николаевны, дочери императора Николая I, герцоге Сергее Лейхтенбергском сообщал в Лондон в своей депеше посол английской королевы Лофтус.
«Сергей служил в штабе великого князя Владимира. Он был прекрасным, перспективным офицером и пользовался популярностью в армии и во всех слоях общества. 24 октября при проведении разведки в районе Лома он был убит на глазах у великого князя. Его ранняя смерть вызвала глубокую печаль в Санкт-Петербурге. Как действующий дуайен дипломатического корпуса я направил ноту барону Гирсу (
Старшие братья Сергея тоже были в действующей армии: Евгений Максимилианович командовал драгунской бригадой, а известный читателю герой романтической истории с «всесильной Надин» Николай Максимилианович – гусарско-казачьей бригадой.
Предприимчивый сын Туманного Альбиона, лорд Лофтус стремился, что называется «держать руку на пульсе» всего того, что касалось военных действий русской армии. Он периодически переписывался с Жомени, стараясь через него разузнать подробности на военном театре и о результатах информировать Форин-офис. Эта переписка раскрывает многие сокрытые стороны реальных событий прошлого. Что и составляет её ценность.
В направленной в Лондон телеграмме Лофтус сообщает:
«В конце сентября я получил письмо, представляющее значительный интерес от барона Жомини, главного советника МИД. Он является личным другом и правой рукой светлейшего князя Горчакова. Это чрезвычайно умный, готовый на уступки, с приятными манерами и наиболее способный писака в ведомстве Горчакова. У меня с ним сложились доверительные отношения. И я высоко ценю его приятное общество. Он сын генерала Жомини, швейцарского происхождения, который в молодые годы поступил на службу России и был выдающимся офицером. Генерал являлся автором работ по военной стратегии, которые имели высокую репутацию в Европе.
Письмо барона Жомни было адресовано мне из Бухареста, где он находился при князе Горчакове с начала военной кампании, и написано 20 сентября под влиянием серьёзных поражений русской армии у Плевны, которая стойко держалась против русских. Это в какой-то мере объясняет горечь некоторых его наблюдений. Русские войска сражались доблестно и храбро, ведомые своими офицерами. Их несчастья были вызваны главным образом стратегическими просчётами главнокомандующего и его советников в штабе».
Далее приводится текст письма Жомини, (
«Все усилия добиться общего взаимопонимания провалились из-за вашей оппозиции. Когда канцлер предложил в Берлине некую демонстрацию флота как меру исполнимую, при которой главный выигрыш был бы за Англией, но его предложение не было принято.
Один из ваших министров произнёс ужасные слова, слова – которые оставят на нём несмываемое пятно в день Высшего суда, как капля крови Авеля на лбу Каина. Он сказал: «Там должно быть кровопролитие!»
И кровопролитие началось. И оно было достаточно обильным, чтобы удовлетворить наиболее хищных! Пусть эта кровь будет на тех, кто стал причиной её пролития!
