Тем самым, по мнению Вольфа, удавалось снизить эффект воздействия советской артиллерии, прикрывавшей 365-ю батарею. Действительно, уже в первом донесении о штурме «Сталина» указывалось: «Артиллерия всех калибров в течение двух дней вела планомерный огонь по форту». План артиллерийской подготовки был скрупулезно проработан, чтобы ввести в заблуждение гарнизон 365-й батареи относительно истинной цели новой атаки. К 12 июня три из четырех орудий 365-й батареи выведены из строя огнем артиллерии.
Основной удар в ходе артподготовки наносился по советским укреплениям, фланкирующим подступы к основной цели атаки, особенно по так называемым укреплениям «Волга» и «Сибирь». Немецкие артиллеристы стремились создать своего рода огневую завесу вокруг «Сталина», препятствующую переброске резервов. По самому «Сталину» огонь велся только до 23.00 12 июня, поскольку именно в это время штурмовые группы начали занимать исходные позиции в непосредственной близости от него. Тем не менее нельзя сказать, что укрепления 365-й батареи не подвергались воздействию артиллерии. Напротив, по ним было сделано 11 выстрелов из 420-мм орудий. Тем не менее, как признавалось немцами после осмотра взятых позиций 365-й батареи, «в результате сильного обстрела некоторые из сооружений были разрушены, но боеспособность форта в целом всерьез не пострадала»[1082]. Одновременно автор более позднего отчета о действиях 22-й пд подчеркивал сохранение боевого духа гарнизона после многодневного обстрела тяжелыми орудиями: «Вновь ярко проявилась внутренняя сила сопротивления русского солдата в условиях, которые западноевропейский солдат вряд ли смог бы выдержать»[1083]. Напомню, что именно по «Сталину» вела огонь «Дора» и при всей сомнительной точности этой стрельбы удары 800-мм снарядов по высоте 60,0, несомненно, ощущались защитниками батареи.
Разрушенная взрывом 300-кг заряда взрывчатки восточная башня 30-й батареи (башня № 1).
Атака осуществлялась с северо-востока двумя батальонами 16-м пп 22-й пд в глубоко эшелонированных порядках, усиленных ротой сапер 744-го сб и пятью штурмовыми орудиями 190-го дивизиона. Две САУ прикрывали атаку, а три САУ атаковали в тесном взаимодействии со штурмовыми группами. Задачей прикрывающих САУ являлось воспрещение огня снайперов и пулеметов со стороны так называемой «Волчьей лощины» (так немцы называли Сухарную балку). На «Волчьей лощине» также сосредотачивался огонь артиллерии 22-го артполка 22-й пд.
Штурм начинается в 3.00 практически без огневого удара по позициям 365-й батареи. Противодействие атаке оказывается стрелковым оружием со стороны «Волчьей лощины», что заставляет штурмовые группы сместиться в сторону от назначенного направления, в результате атака на позиции 365-й батареи идет практически строго с севера. Всего непосредственно в атаке на батарею участвует около 200 человек. Воздействия огня советской артиллерии на этом этапе удается избежать. Как отмечается в немецком отчете о действиях: «Новая тактика артиллерии себя оправдала, противник не заметил подготовку и не вел заградительного огня»[1084]. Также нельзя не отметить указанный позднее недостаток позиций 365-й батареи – «Минирование слабое»[1085]. Частично это может быть отнесено на уничтожение минных полей артобстрелом. Все это позволяет штурмовым группам немцев ворваться на укрепления и завязать ближний бой. Единственное боеспособное 76-мм зенитное орудие 365-й батареи выводится из строя.
Уже в 3.45 немецкие штурмовые группы докладывают наверх: «Мы на «Сталине»!» В ЖБД 11-й армии указывалось: «Ранним утром 22-я пд захватила зенитную позицию «Сталин»». Однако в действительности бои за 365-ю батарею шли еще много часов. План внезапной атаки в целом сработал. В отчете о действиях подчеркивается: «В течение первых часов атаки на «Сталин» артиллерия противника безмолвствует»[1086]. В 4.00 с соседнего укрепления (проходящего у немцев как «Волга») открыли огонь противотанковые пушки и зенитки. Но это явно было реакцией на увиденный бой, а не планомерный обстрел с закрытых позиций. Отсутствие воздействия советской артиллерии дает немецким штурмовым группам определенную свободу действий в бою за позиции 365-й батареи.
ДОТ на подступах к позициям батареи расстреливается штурмовой группой из противотанковых пушек. Его гарнизон (около 30 человек, по немецким данным) погибает. На батарее разворачивается рукопашный бой, даже скупые строки отчета о действиях оставляют сильное впечатление: «Глубокие траншеи превращены в тоннели, в темноте которых ведут бой солдаты противника с ручными гранатами и винтовками. Гарнизоны жилых бункеров ведут огонь из амбразур и дверей»[1087].
