Кто-то что-то забубнил, у кого-то скрипнул стул. Большинство, как она заметила, изучая лица, уже что-то слышали. Однако крышка была закрыта так плотно, что картина во всей полноте вызвала удивление.
— Мы ждем утечек, и скоро, но я не хочу, чтобы их источником стала эта комната, мой отдел. Мы с Пибоди ведем это расследование на двух уровнях. Первый — это поиск того, у кого был мотив, средства и возможность убить Баствик. Второй — это поиск человека с мотивом, связанным со мной. Доктор Мира определяет неизвестного как организованного, умелого человека с самоконтролем. Убийца не оставил на месте следов, постарался предотвратить опознание. Мы считаем, что он долго изучал и преследовал Баствик, чтобы изучить ее правила и замашки.
— У людей, вроде Баствик, всегда куча врагов, — подал голос Бакстер. — Такие враги могут считать тебя другом.
— Именно по этим соображениям сейчас изучается поступающая для меня корреспонденция. Мы с Пибоди занимаемся теми ее авторами, которых Мира считает потенциальными подозреваемыми. Одновременно мы отслеживаем угрозы, поступавшие потерпевшей, ищем подозрительных авторов и сопоставляем их с моими.
Она повернулась и расширила изображение на экране, вставив фотографию Ледо.
— Второй потерпевший — Ледо Вендал, мелкий наркоторговец, подсевший на собственный товар.
— Вот дерьмо! Ледо! — Рейнеке подался вперед и чуть не утопил свой мятый галстук в чашке кофе. — Я брал его еще молокососом. Был болваном тогда и с возрастом не изменился. Таким же, видать, и помер. Не вижу связи с Баствик. Не представляю такого, как он, ее клиентом.
— Я тоже. Сейчас единственная ниточка между ними — я. Полюбуйтесь, это торчавший из груди Ледо обломок бильярдного кия. Мы ждем отчета чистильщиков с места преступления, хотя они вряд ли что-то обнаружат.
— Вы сами как-то раз пострадали от сломанного кия Ледо, — напомнила Кармайкл, пожимая плечами. — Помните, лейтенант, как вы явились сюда с фонарем под глазом? У Пибоди тогда был такой вид, словно она еле отбилась от уличной банды. Я тогда еще спросила, откуда такой фингал.
— Я не успела увернуться от удара, — сказала Ева. — Вот и огребла. С тех пор прошло два года. А вчера вечером его убили — якобы ради справедливости.
Она показала коллегам второе послание.
— Это уже назойливость, — пробормотал Бакстер, заставив Еву удивленно поднять брови. — Первый текст тоже больной, но хотя бы обстоятельный: правосудие, то да се, она тебя обидела и поплатилась за это. А здесь уже больше напора, требовательности.
— И желания признания, — тихо дополнил Сантьяго. — Вашего признания, Даллас. Если он его не получит, то убьет еще кого-нибудь, демонстрируя свою преданность. А если получит, то совершит новое убийство, потому что вы его вознаградили.
Она и сама пришла к тому же выводу. Куда ни кинь, всюду клин.
— В общем, отовсюду выпираешь ты, — сказал Дженкинсон. — Либо оскорблен он, либо ты, если Уитни тебя отстранит. Кто-нибудь тебя донимает, босс? Больше обычного?
— Нет. Я уже ходила по этому кругу. Больше всего шансов сулят письма и банальная полицейская работа: стучаться в двери, допрашивать, соображать, что могли бы нам рассказать сами потерпевшие.
Она помолчала и бросила на весы самую тяжелую гирю.
— Исходя из доступных фактов, неизвестный, вероятнее всего, служит в правоохранительных органах или в обслуге. Или хочет в них служить.
Никто не выбранился, не выразил возмущения. Все с горечью, молча приняли сказанное ею к сведению. Хороший, крепкий у нее все-таки отдел!
— Можно прикинуть, не писал ли письма кто-то из покушавшихся на копов, — сказал Сантьяго, глядя на Кармайкл.
— Точно, — сказала та. — Мы с Сантьяго возьмемся за это.
— А мы с Трухартом проверим отставных и отстраненных от службы полицейских. — Сказавший это Бакстер посмотрел на своего молодого помощника в форме.
— Валяйте.
— Лейтенант? — произнес Трухарт.
— Слушаю вас.
— Он упорно повторяет слово «правосудие». Что, если поискать по письмам того, кто не добился правосудия или остался при мнении, что с ним поступили несправедливо? Какой-то потерпевший или связанный с потерпевшим человек? Баствик состряпала оправдание подозреваемого или досудебную сделку. Возможно, Ледо сыграл при этом какую-то роль: продавал наркотики кому-то, вышедшему сухим из воды, потерпевшему или самому разыскиваемому. Вдруг наркотики сыграли роль в том, что разыскиваемый стал убивать?
— Он у меня мыслитель, — прокомментировал не без гордости Бакстер.
— Мы учитываем такую версию. Ты прав, что указал на нее, — сказала Ева Трухарту. — Но это все равно что искать свихнувшуюся иголку в куче других иголок. Учти, не в стоге сена! Я заказала перекрестный поиск человека, связанного с обоими потерпевшими. Пока что результат нулевой. Если связь существует, то крайне мутная.
— А мы ее все-таки поищем, — сказал Рейнеке, кивая Дженкинсону.
— Вы заняты собственным расследованием, — напомнила Ева.
