Блаженны алчущие полностью

— А здесь… не опасно, как вы думаете? — В этом полном теней и странных форм зале оживали ее прежние страхи, напоминая о пережитом ужасе — том, втором. — Вдруг какое-нибудь чудовище…

Одно дело — вышагивать по освещенному холлу под руку с Полом. Другое — когда рядом Бэзил. Если вдруг один из каменных наростов обратится в монстра, молодой Картмор позволит ему сожрать Ренэ, в этом она не сомневалась.

— Нет, я не думаю, что здесь не опасно, — Бэзил криво усмехался, и она почувствовала, как ее охватывает прежняя робость. — Что до чудовищ… Они утверждают, что покрыли дворец знаками слярве, которые должны отпугнуть монстров. А еще они говорят, что чудовища охотятся за нашей семьей, поэтому первым делом оно набросится на меня.

Это Ренэ немного утешило.

Чтобы приблизиться к трону, надо было пройти сквозь подобие естественной колоннады — девять сталактитов и десять сталагмитов словно неслучайно выросли здесь в неровный ряд, разделяя пещеру на две части. Будто кривые клыки, они устремлялись навстречу друг другу так, что казалось — ты входишь в гигантскую зубастую пасть, и она вот-вот сомкнется.

Здесь, рядом с алтарной чашей, было куда больше света. Красное зарево ползало по стенам, которые сама природа украсила каменной резьбой, возвращалось, отраженное в озере, чьи воды рдели в левом углу пещеры. Да-да, в настоящем озере — Ренэ убедилась в этом, подойдя поближе. В глади отображались, вытягиваясь, подсвеченные огнем сталактиты, и казалось, что внизу находится целый инфернальный город — замки и храмы, башни и шпили.

Как далеко уходило озеро? Эту тайну скрывал сумрак под нависавшим все ниже к воде каменным сводом.

— Это озеро на самом деле — часть подземной реки, — объяснил Бэзил. — Сейчас дорога по воде перекрыта решеткой, но семейное предание гласит, что после того, как первый Великий Наместник, мой пра-пра-пра-чтототам, вселился во дворец, он отправлял по реке солдат на лодках, чтобы выяснить, куда она ведет.

— И что же? — с интересом спросила Ренэ.

— Рассказывают, что одним стало так дурно, что пришлось вернуться, другие просто исчезли. А древние считали эти воды священными, мол, они текут сюда из загробного мира. Видите это место? — он подошел к участку, где каменное дно полого спускалось к воде, выкрашенное в красный. — По идее, здесь, у кромки озера, проводили ритуалы, и жрецы бросали подношения в воду…

Ренэ почудилось, что вдалеке, у дна, что-то белеет. Может, уронили слуги? Она вытянула руку. — Мне кажется, там что-то…

— Должно быть, дохлая рыбина. Они заплывают сюда, большие, бледные, безглазые.

У ступеней, что вели к трону, Ренэ остановилась и задрала голову, благоговейно на него воззрившись. Сам трон разочаровывал — просто темное кресло. Оставалось воображать, что на нем сидит древний Принц. Какой-нибудь красавчик, вроде Бэзила, только более грозный. Ведь быть представленной коронованному Принцу — куда интереснее, чем Лорду-Защитнику, даже самому замечательному.

Бэзил угадал ее разочарование. — Еще одна легенда гласит, что раньше у Силла был какой-то совершенно потрясающий волшебный трон. Но коли так, он исчез давным-давно.

Камень за троном изгибался, словно складки портьеры. А справа стену расчистили, выровняли, и выбили там карту Сюляпарре, изобразив вокруг нее гербы Высоких домов.

Ренэ узнала клыкастого кабана Шалбаров, кокатрис дома Ситта, огненного льва дома Морроэ; водяного змея Халаверов, гложущего мачту корабля; Червя-Победителя, символ дома Ардаз; гигантскую сколопендру Патраксов, ползущую по башне замка. Слезы текли по лицу мантикоры семьи Пхар, два жутких тощих волка Раннархов разрывали человека, почти лилипута в их челюстях, а виверна Нэверов взмывала в небо с человеком в когтях.

Эдакая чудовищная армия, промелькнуло в голове Ренэ. Значит, эти изображения — еще с той эпохи, когда Древний дом Валенна не достиг статуса Высокого.

Ниже ютились небольшие квадраты с эмблемами обычных Древних семейств. Ренэ хотела найти огненноглазого пса дома Валенна, но быстро утомилась — слишком много тут было гербов. Зато рядом с катоблепасом Ромуа ей попался нетопырь семьи Сарн — такой же красовался на фамильном гербе ее семьи, увы, в соседстве с полумесяцем, обозначающим младшую ветвь рода.

Ренэ снова покосилась на трон. Интересно, можно ли посмотреть на него поближе? Нет, она никогда не решится задать такой глупый вопрос Бэзилу Картмору!

— Ну и как вам нравится этот склеп? — Бэзил поднес руку ко рту, скрывая зевок. И спросил таким тоном, словно предлагал ей прогулку по саду: — Хотите посидеть в этом старом кресле?

— Ну что вы! Вы, верно, смеетесь надо мною, сударь! Разве… можно? — отрицание незаметно перетекло в вопрос.

Бэзил взлетел по ступеням и встал у трона, оперевшись на спинку. — Почему же нет? Коли он не развалился под задницей правящего принца Муна Второго, то под вами не развалится тем паче. Даже отец, старый лицемерный зануда, не имел бы ничего против.

Ренэ все не могла свыкнуться с тем, как мало уважения он проявляет к отцу. Может, это что-то столичное?