Прошла долгая волшебная минута. Невозможно было понять, пантомима ли это или настоящий сон. Конечно, это могло быть и то и другое. Прошла еще одна минута. Преподаватель встревоженно опустился перед ней на колени и окликнул по имени (в классе она назвалась этим именем):
– Норма Джин?
Молодая блондинка по имени Норма Джин крепко спала. Разбудили ее не без труда. Разумеется, мы знали, кто она такая. Знали ее студийное, голливудское имя. Но его затмила суть этой женщины. Чистая душа. Она была прекрасна, и у нее не было имени.
Только потому, что он безумно любил ее. И не мог видеть, как она превращается в дешевку. Позорит себя. Свое и его имя. Эти фотографии, эти кадры из фильмов! Эти шакалы! По контракту ей платили всего ничего. Всем на свете известно, что Голливуд – настоящий бордель! Позволила выставлять себя напоказ, будто шлюху. Уличную проститутку. Но теперь совсем другое дело, теперь они женаты. Что скажет семья, что скажут родственники в Сан-Франциско? Друзья, знакомые? Поклонники, наконец?
Он женился на ней по любви, и все газеты не преминули опубликовать тот позорный факт, что его отлучили от церкви. Виной всему развод. Церковь запрещает разводы. Но все это ради нее! Из любви к ней! А она выставляет себя напоказ, точно кусок мяса. Обтягивающие платья, того и гляди лопнут. При ходьбе так вызывающе виляет бедрами. И не говорите мне, что это шутка. Если и шутка, то похабная. Грудь так и вываливается из платья. Обед в честь вручения премии «Фотоплей». Церемония вручения «Оскара». Говорила, что не пойдет, а сама пошла. Так вот ты, оказывается, кто? Кусок мяса? Все знают, что такое Голливуд. Ее имя в газетах. И его тоже. Молодожены ссорятся? На людях? Да ничего подобного! Грязная ложь. Поганый лжец. В жизни своей не поднял руки на женщину. Да как она смеет его провоцировать?
Она лежала обнаженная, дремала. Уже почти полдень, а она никак не могла проснуться. Накануне на занятиях по пантомиме (или то было несколько дней назад?) она провалилась в глубокий сон и, похоже, до сих пор не может из него выйти. Вот бы у нее были «бодрящие» пилюли Доктора Боба! Но их не было. Сердитый муж выхватил пилюли у нее из рук и спустил в унитаз.
Так вот ты кто! Кусок мяса, да?
Папочка, нет! Я не хочу быть куском мяса.
Тогда скажи им, что отказываешься. От съемок в этом новом фильме. И весь разговор.
Папочка, мне нужно работать! Это моя жизнь.
Скажи им, что тебе нужны хорошие роли. Серьезные. Скажи, что увольняешься. Скажи, что муж запретил.
Да, да. Обязательно. Так и скажу.
Она попробовала заплакать. Ничего не получилось. Слез не было. Она испугалась: ей еще и тридцати нет, а уже выплакала все слезы?
На самом деле она просто заболела. Острый аппендицит.
Подумала в панике: у нее начались схватки. Она все же родит своего ребенка. Рассерженного демонического младенца, выкручивающего ей все внутренности, младенца с огромной головой, и эта голова разорвет ее пах пополам. А муж поймет, что ребенок не от него, и задушит ее своими сильными красивыми руками. Испуганная, виноватая, она мучилась от боли, кожа горела огнем. Он проснулся и обнаружил ее в ванной, она сидела голая на краю белой фарфоровой ванны и раскачивалась из стороны в сторону, изнемогая от боли, покрываясь потом, и от нее сильно пахло, как от перепуганного животного. Бывшему Спортсмену были знакомы эти симптомы. Определившись, он почувствовал что-то вроде облегчения. Еще в молодости ему удалили гнойный аппендицит. Он тут же вызвал «скорую», и ее срочно доставили в больницу «Ливанские кедры».
По Голливуду долго ходила байка об этих часах треволнений; рассказывали, что будто бы дежурный хирург (узнавший знаменитую пациентку, когда переступил порог операционной) тут же увидел приклеенную к ее груди записку, нацарапанную неверным почерком.
ПРОЧЕСТЬ ДО ОПЕРАЦИИ, это очень важно!
Дорогой Доктор!
