Осознание этого вело его неотвратимо от намеченного пути. В душе Гриммджоу очень ею гордился. Представлял, как она надменно говорит с этим ничтожеством, как справляется с какой-то новой открытой в себе силой, как твердо и уверенно сжимает в руках верный занпакто. И если бы не ее привычка постоянно умирать, то он бы даже позволил себе расслабиться. Однако Айзен – вовсе не тот, кого следовало недооценивать, да и незаменимая “целительница” Иноуэ сейчас находилась слишком далеко, чтобы отвернуть роковые последствия. Внезапное беспокойство впивающимися цепями тревоги стало окутывать сердце Сексты Эспада. Предчувствие говорило ему одно: Куросаки непременно победит это злое существо, и, как всегда, со смущенной улыбкой вернется с победой. Однако внутренний страх Джагерджака подтачивал его уверенность и твердил совершенно противоположное: чтобы победить такое чудовище, в которое обратился Айзен, нужно обязательно чем-то пожертвовать. А поскольку Ичиго – в сущности обычный человек, то ее жизнь изначально была положена на чашу весов.
«Куросаки, мать твою, не вздумай умирать там!» – Мысленно выругался Гриммджоу и припустил шаг еще сильнее, насколько ему позволяло духовное давление.
Оставалось совсем немного, ведь Сейрейтей остался позади, а впереди показались груды вывернутых скал и деревьев. «Неплохое местечко для выяснения сил», – только и успел заметить Гриммджоу, как вспышка чего-то черного, невероятно мощного и всепоглощающего прокатилась волной по горизонту, взрывая пространство до небес…
- Куросаки!!! – Издал истошный крик Секста и молниеносно устремился на место взрыва.
Такая черная реяцу… Неужели Айзен? Только он мог достичь с помощью хогьоку такой столь разрушительной силы!..
- Куросаки!.. – Заорал вновь Джагерджак, прибыв на место, скорее, похожее на огромный котлован, нежели на поле боя…
Его быстрые и зоркие глаза мигом забегали по невероятной площади в поисках того, кого так сильно боялся потерять. Но кругом стояла слишком плотная пыль от прогремевшего взрыва. Частички камней, щепок и песка все еще падали дождем с небес и в этом проклятом тумане даже Секста не мог разобрать ничего.
Он притаился на выступе одной из уцелевших скал, позволяющей рассмотреть все пространство.
- Куда же ты могла подеваться, Куросаки… – Прошептали его губы, пока внимательные глаза старались не пропустить ни одну деталь в покореженном воздухе.
Наконец-то мгла рассеялась и, первое, что увидел Гриммджоу, было огромное чудище с бессчетным количеством щупалец и несколькими глазами. Судя по его остаткам белоснежной формы, оно происходило из арранкар, следовательно, являлось именно тем, во что Айзена наконец трансформировала сила хогьоку… Несмотря на свой внушительный и устрашающий вид, этот монстр повержено стоял на коленях, а над ним возвышался тот, кто сумел одолеть его еще большей, просто уничтожающей силой…
Гриммджоу напряг зрение: глазам предстала вовсе не ожидаемая фигура Куросаки Ичиго. Вместо нее стояло существо с длинными каштановыми волосами, в синих бинтах, покрывавших все его тело, и черной полыхающей реяцу, окружавшей его ноги и руки, точно одеждой.
«Неужто она?» – Подумал Гриммджоу и увидел, как вся эта форма победителя стала на его глазах медленно осыпаться, точно ресуррексион. Ветер, подхватывающий пыль рассыпавшихся частиц, постепенно явил его взгляду маленькие босые стопы и стройные щиколотки, затем – длинное разорванное косоде, сидевшее, как влитое на волнующих мягким изгибом бедрах и еще более хрупкой талии. Его взгляд скользнул выше – покров синих бинтов сменился на белый, который бережно окутывал заметную грудь и изящные предплечья. Наконец, когда темные волосы растаяли в облаке серого дыма, он увидел знакомый огонь рыжих прядей, теперь струящихся из-за своей длины, точно шелк, по шее и плечам девушки… Без сомнений, это была его неуловимая синигами! Но когда же она успела так преобразиться?
- Куросаки! – Не сумев сдержать взрывное чувство радости, переполнявшее его сердце, выкрикнул арранкар.
Сомнения, отдававшиеся эхом в его чересчур прагматическом разуме, рассеивались с каждым миллиметром поворота ее головы. А когда она подняла на него свой карамельный взгляд, вмиг набравший всю свою теплоту от счастья видеть столь важного для нее человека, Гриммджоу задохнулся от восторга.
Он нашел ее! Она была жива! Как всегда, непобедима! И она... улыбалась ему?!
Боль утраты отступила с двойной силой в этот момент: растворилась во взгляде Куросаки и спала тяжелым камнем с сердца Джагерджака.
Гриммджоу бесконечно смотрел на нашедшуюся синигами, а в груди чувствовал, как вместе с ней обретал и свою давно утраченную душу. «Так вот ты какая душа?.. Легкая от радости, невесомая от счастья и золотисто-карамельная от цвета ее глаз!»
Он вновь заглянул в самую глубь этой неотделимой теперь от него карамели, но движение за спиной Куросаки вмиг сменило восторг в его сердце на дикий ужас.
- Осторожно! – Прокричал арранкар, бросаясь мгновенно к еще ничего не подозревающей и не чувствующей угрозу девушке.
