«Сам же я сделал несколько официальных визитов в Берлине (в бюро президента Эберта — к докладчику по восточным делам д-ру Мейснеру) и в министерстве иностранных дел, где вместо отсутствующего министра меня принял докладчик по восточным делам фон Блюхер. Никакой “политики” с разгромленной Германией делать не приходилось, и единственным практическим вопросом был вопрос о возможности попасть в концлагеря и завязать контакты с военными белорусами. Меня, с одной стороны, интересовал вопрос о настроениях пленных белорусов… с другой же — хотелось помочь им материально и вести среди них белорусскую национальную пропаганду. Но немецкие власти были уже здесь ни при чем, концлагерями ведал делегат Антанты русский генерал фон Монкевиц, с которым я позже и познакомился. Для агитации среди военнопленных белорусов был издан номер журнальчика на белорусском языке п[од] н[азванием] “3 роднаго краю”, где между прочим излагалась история БНР и помещен мой мемориал на мирную конференцию. В Берлине я постарался познакомиться с рядом виднейших общественных деятелей, таких как, например, Карл Каутский, Рорбах, Аксель Шмидт, с редакторами некоторых газет… Давал статьи и заметки, информирующие о белорусах, в немецкие журналы. Наконец, готовил издание информационной книжки на немецком языке о белорусах, их истории, истории белорусской литературы и искусства, об экономическом положении — но книжка эта вышла под редакцией Вальтера Егера уже после моего отъезда в Париж».
Подобную картину рисует в своих показаниях и А. Смолич:
«Мы возобновили переговоры с германским правительством о признании БНР. Добились мы только так называемого фактического признания, т. е. визирования наших дипломатических паспортов. Начата была также мною издательская работа для популяризации белорусского вопроса, издан специальный сборник на немецком языке и велась подготовка к дальнейшему развитию издательства…»
Начиная с июня 1919 г., дважды в неделю пресс-бюро при дипломатической миссии БНР в Берлине (Белорусская служба печати и телеграфной информации) выпускало информационные бюллетени, в которых старалась давать актуальные новости, связанные с Беларусью. Были изданы книга В. Егера о белорусах на немецком языке, политический очерк А. Цвикевича «Беларусь» и открытки с гербами белорусских воеводств. Кроме того, в берлинской типографии Ю. Галевского были напечатаны паспорта БНР.
Именно тогда в издательстве Вильгельма Гартмана увидела свет «Карта Белорусской Демократической Республики», на которой были указаны границы БНР. На востоке она включала почти всю Смоленскую губернию и южные поветы Тверской и Псковской губерний, на севере — Двинск, Вильно и Свенцяны, на западе — до бывшей Ломжинской губернии, граница с Украиной прошла по южным рубежам бывших Гродненской, Минской и Могилевской губерний. Кроме прочего, БНР граничила с… Германией! Такая конфигурация границ БНР давало ей исключительное стратегическое положение, превращая в транзитную зону между странами региона. Д. Михалюк следующим образом оценивает политическое воображение руководителей БНР:
