Высвободив изваяния (кроме них, отыскалось немало полуразрушенных фундаментов, сами же стоявшие на них «человекольвы» были украдены и увезены в разные места) из-под смещающихся волн песка – ныне весь Серапеум уже вновь занесло песком, – Мариет одновременно открыл и то, что было соединено с аллеей сфинксов, – гробницы священных быков Аписов. Это открытие ближе познакомило нас с некоторыми формами одного из египетских религиозных культов, поклонения, казавшегося чуждым и непонятным не только нам, но и древним грекам, которые в своих путевых записках специально подчеркивали его необычность.
Египетские боги сравнительно поздно воплотились в образах людей. Первоначально древние египтяне обожествляли растения, животных. Богиню Хатор олицетворяла смоковница, бог Нефертум почитался в виде цветка лотоса, богиня Нейт – в виде щита с двумя скрещенными стрелами. Богов олицетворяли те или иные животные: бога Хнума – баран, бога Гора – сокол, бога Тота – ибис, Сухоса – крокодил, богиню города Бубастиса – кошка, богиню города Буто – змея.
Но наряду с этими олицетворениями богов почитались животные, отмеченные определенными признаками. Наиболее почитаемым из них был Апис – священный бык Мемфиса, которого египтяне считали слугой бога Птаха. Апису воздавались самые пышные почести, которых когда-либо удостаивалось животное.
Местопребыванием священного быка служил храм, где за ним ухаживали жрецы. Когда двурогий объект поклонения околевал, его бальзамировали и хоронили со всей торжественностью, а место усопшего занимал другой бык, обладающий теми же самыми внешними признаками, что и его предшественник.
Так возникали целые кладбища, достойные памяти богов и царей. К числу подобных некрополей животных принадлежат кладбища кошек в Бубастисе и Бени-Хасане, кладбище крокодилов в Омбосе, кладбище ибисов в Ашмунене, кладбище баранов на острове Элефантина.
Культы священных животных, распространенные во всем Египте, претерпевали на протяжении египетской истории бесконечные изменения, то ярко вспыхивая, то угасая на целые столетия. (И если кому-либо все это покажется странным и даже в какой-то степени смешным, пусть он представит себе, каким абсурдным должен казаться человеку иной цивилизации христианский культ непорочного зачатия.)
Мариет стоял на кладбище священных быков Аписов. Так же как перед усыпальницами египетской знати, перед входом находился храм. Наклонный ход вел в склеп, где покоились останки всех священных быков начиная со времен Рамсеса Великого. Погребальные камеры первоначально располагались вдоль коридора длиной 100 метров. При последующем расширении склепа, продолжавшемся вплоть до эпохи Птолемеев, коридор был удлинен до 350 метров. Какой поразительный культ!
При свете зажженных факелов Мариет шагал от одной погребальной камеры к другой. Позади него толпились рабочие, которые едва отваживались говорить здесь даже шепотом. Каменные саркофаги, в которых покоились быки, когда-то соорудили из цельных отполированных плит черного или красного гранита высотой более чем в 3 метра, шириной более 2 метров и длиной не менее 4 метров (вес такого каменного блока исчисляется примерно 65 тоннами).
У многих саркофагов крышки были сдвинуты. Мариет и его спутники нашли только два нетронутых саркофага; там присутствовали украшения. Все остальные оказались разграбленными. Когда? Кем? Имена грабителей остались неизвестны, можно только сказать: они были. Еще не раз и не два это вынуждены были с болью и яростью констатировать археологи. Сыпучие пески, погребающие под собой храмы, гробницы и даже целые города, заносили все следы.
Мариет проник в темную область исчезнувших культов. Ему было суждено заглянуть (мы не имеем возможности подробно останавливаться на его исследованиях в Эдфу, Карнаке и Дейр-эль-Бахри) в повседневную жизнь древних египтян, богатую и красочную.
Сегодня турист, выйдя из гробницы быков, отдыхает на террасе Мариет-хауса. Направо – ступенчатая пирамида, налево – Серапеум. Он потягивает арабский кофе и внимает словам велеречивых проводников, подготавливающих его к восприятию того мира, который его ожидает.
