Кирвен наблюдала, как маленькая группа послов из Харна спускалась в громадную комнату. Мимо статуй Тарл-ан-Гига, флагов и огромных огней, мимо величественных восьмиугольных звезд Ифтала. Они казались крошечными и напуганными, и Кирвен Бан-Ран решила, что это хорошо. Она хотела, чтобы они такими и оставались и страх не позволил им сказать слишком много.
Слева от Кирвен стоял Рэй Галдерин в великолепных доспехах, однако он был заметно недоволен. Справа от него находилась причина его неудовольствия – Рэй Сорха; впрочем, забрало ее шлема оставалось опущенным. Кирвен не хотела, чтобы кто-то из послов Харна узнал Сорху и сказал что-то лишнее.
Она подождала, когда небольшая группа пересечет комнату и остановится перед ней. Они опустились на колени. Она заставила их ждать. Позволила медленному течению времени оказать на них давление. Эти провинциалы оказались далеко от дома и всего, что знали, их окружало великолепие, производившее угрожающее впечатление, они наверняка боялись, что могли каким-то образом ее оскорбить. Она не испытывала к ним жалости. Кирвен не имела на нее права. Они были инструментом, способом вернуть ее ребенка с минимальными потерями, чтобы сохранить положение, несмотря на то что уже случилось. Им дорого обойдется их глупость, и этого не избежать, удача отвернулась от жителей Харна.
– Смелый поступок, – заговорила Кирвен Бан-Ран, – для людей, предавших Капюшон-Рэев, которые пришли, чтобы предстать передо мной.
Кирвен услышала, как один из них всхлипнул. Страх. Он придал ей немного сил. Напомнил о том, кто она есть. Их вожак, высокий лысый мужчина в одежде, которую она не пожелала бы использовать в качестве тряпок, поднял голову.
– Мы, – начал он, и его голос пресекся. Он откашлялся. – Мы глубоко сожалеем о том, что произошло в Харне. Но в том нет нашей вины. Кахан Дю-Нахири был парией, его не принимали в нашей деревне и…
– И все же, – сказала Бан-Ран, и ее голос оставался холодным и величественным, как и следовало, – вы не рассказали нам, что мы его не убили, когда мои люди пришли за ним в первый раз. Вы сохранили в тайне его существование. – Она практически не двигалась, застыв на своем троне.
Она знала, что ее косы, бусы и слои разноцветной шерсти делали ее для них огромной. Невероятно богатой и могущественной.
Впрочем, она таковой и была.
– Мы…
– Мои солдаты погибли. – Она встала и следующие слова произнесла с яростью: – Один из моих Рэев пропал и…
– Мы передадим его вам, а также триона, мы…
– Молчать! – взревела она. Она не могла позволить им много говорить. – Зачем вы явились?
– Мы хотим возместить ущерб, – сказал мужчина; теперь он говорил быстро и задыхаясь.
Он не осмеливался смотреть на Кирвен и дрожал от страха.
– Ваша деревня не стоит даже одного моего солдата.
– Древопад! – выкрикнул мужчина. – Случился древопад. Если вы сможете нас простить, мы отдадим вам Кахана Дю-Нахири и отведем вас в Вирдвуд, мы…
– Ты скажешь нам, где произошел древопад, прямо сейчас, – заговорил Галдерин. Он понял самое главное. – Мы не имеем дела с такими людьми, как вы, мятежниками и почитателями лесных богов.
– Но мы не такие! Мы не такие! – Мужчина уперся лбом в пол, а те, что пришли вместе с ним, и вовсе распростерлись ниц. – Мы почитаем Тарл-ан-Гига, мы верны новым Капюшон-Рэям и ненавидим лес. Мы отдадим вам Кахана Дю-Нахири, а также монашку-отступницу, вернем вам триона, мы…
– Скажи нам, где произошел древопад, – перебила его Кирвен. – Это станет хорошим началом.
Молчание.
Она ждала.
– Я не могу, – сказал мужчина. – Я не знаю. Это известно только нашей Леорик.
Снова наступило молчание. Она позволила ему длиться так долго, как только могла. И продолжала смотреть на грузных деревенщин, распростертых на полу.
Со своего трона она чувствовала их запах.
– Ты не знаешь?
Их вожак покачал головой и осмелился бросить на нее взгляд.
– Мы надеемся на прощение, – продолжал он. – Откроем наши ворота и отдадим вам все, что пожелаете.
Кирвен смотрела на мужчину. Она не могла понять, смел он или глуп.
Наконец она решила, что одно не исключает другого. Пусть идет время, пусть они испытывают страх.
– В таком случае мы должны отправиться в Харн, – сказала она уже не так сурово и сразу увидела, как мужчина облегченно выдохнул. – Вы пойдете с моей Рэй, – Кирвен указала на Сорху. – Она найдет для вас место, где вы сможете подождать. А сейчас можете встать. – Они встали, и Сорха прошла мимо нее. Кирвен коснулась ее руки и привлекла к себе, чтобы прошептать: – Лидера оставь в живых, узнай, что известно остальным. – Сорха кивнула.
Кирвен смотрела вслед уходившим послам и Сорхе. Когда они вышли из комнаты, она повернулась к Галдерину, и шерсть ее одеяний зашуршала.
– Приготовь отряд, пусть он будет многочисленным, не меньше двухсот солдат. Мы сотрем Харн с лица земли. Возьмем глушаки, чтобы разобраться с Каханом Дю-Нахири, и мою личную стражу…
Галдерин с трудом сдержал смех.
– Глушаки? Для одного человека? – спросил он.
– Он обучен как Капюшон-Рэй, – ответила Кирвен.
– Но он не Капюшон-Рэй, – возразил Галдерин. – Капюшон-Рэй у нас.
