Стрела полетела. Мимо щита. Пронзила солдата в грудь, и он с криком упал. Кахан повернулся, взял из зубов вторую стрелу. Увидел второго солдата, собравшегося метнуть копье.
Натянул тетиву.
Прицелился.
Спустил тетиву.
Стрела вошла врагу в горло. Третья стрела. Натянул тетиву.
Слишком поздно.
Копье уже летело. Солдат повернулся, чтобы бежать обратно к остальным. Кахан отпрыгнул влево. Копье ударило его в плечо, развернуло, острие задело доспехи, и он потерял равновесие. На платформе было недостаточно места, чтобы он смог его сохранить. Кахан начал падать, охваченный паникой. Выпущенная стрела взмыла вверх.
Кахан упал в грязь. Сбил дыхание. Стрела, выпущенная в воздух, вонзилась в землю рядом с его головой.
– Кахан! – Фарин опустилась рядом с ним на колени. – Ты ранен?
Он покачал головой. Выдернул стрелу из земли.
– Стена, – тихо сказал он и сглотнул. – Нужно, чтобы лучники, одетые как форестолы, поднялись на стену… – Он постарался восстановить дыхание. – Стена, нужно отпугнуть солдат, помешать им вернуться обратно…
Фарин помогла ему встать, сельчане с луками поднялись на стену. Кто-то очень мягко помог спуститься Тайи. Другие унесли тело Дарманта. Кахан с трудом, тяжело дыша, взобрался на стену.
– Если увидишь солдата, – сказал он ближайшему лучнику, поднял на него взгляд – и только теперь узнал Онта, – натяни тетиву, этого будет достаточно, чтобы заставить их отступить.
– Я не думаю, что теперь это будет иметь значение, лесничий, – сказал Онт.
Кахан оперся о стену и посмотрел в сторону лагеря врага.
Армия строилась в шеренги. Начали бить барабаны.
Рэи возвращались.
Он стоял на стене вместе с Фарин.
На этот раз Рэи шли быстрее, барабан грохотал в одном ритме с его трепещущим сердцем. Они несли щиты для защиты от стрел.
– Ты говорил, что они подождут до наступления ночи, – сказала Фарин.
– Я надеялся на это.
Солдаты наступали, на этот раз их было заметно меньше. Значит, они будут атаковать и Ворота Тилт, и Лесные Ворота.
– Нам нужны люди еще и на вторых воротах, Фарин.
Она кивнула.
– На этот раз будет труднее? – спросила Фарин.
Кахан смотрел в мрачные лица наступавших солдат Рэев. Они не ожидали встретить сопротивление во время первой атаки, но теперь знали, что их ждало, и будут готовы. Они захотят отомстить за погибших товарищей и позор – ведь они потерпели поражение от простых крестьян и преступников. Они обменивались криками, однако Кахан не мог разобрать слов, стучали копьями о щиты в такт ударам барабана, и прогалину вокруг Харна наполнил оглушительный шум. Только после того как они приблизились, стало понятно, что они кричали. Не слова. Имена.
Погибших.
На миг Кахану захотелось призвать возрожденных на стену, но он намеревался оставить их существование в тайне. На случай контратаки, если солдаты взломают ворота. Еще один шанс уничтожить боевой дух врага, когда они обнаружат, что против них сражаются два легендарных элитных воина.
Кахан сделал глубокий вдох. У него за спиной стояли лучники, сохранившие хорошее настроение после первой победы. Интересно, как долго оно продержится? Половина лучших лучников переоделась в форестолов. Остальных он отправил на другую стену, где ими командовала Сенгуи. Кахан держал в руках лук – теперь он собирался его использовать.
На этот раз Рэи не стояли за группой солдат – перед ними шли воины с большими деревянными щитами. Он выбрал стрелу и приготовился стрелять.
Кахан прицелился в командира Рэев и выстрелил. Он видел, как его стрела попала в щит перед Рэем, но не пробила его. Он опустил лук.
– Да, – сказал Кахан, – будет труднее.
Первая шеренга вошла в зону поражения. Он поднял руку, подавая знак лучникам, чтобы они приготовились. Пусть враг подойдет немного ближе и максимальное число солдат окажется в зоне поражения. В задней части вражеских шеренг вспыхнуло пламя, и тут же раздался рев с противоположной стороны деревни.
– Лесные Ворота! – воскликнула Фарин и обернулась.
Кахан схватил ее за руку.
– Мы должны верить, что Сенгуи выполнит наши указания, и не мешать ей. – Он посмотрел на нее. – Наша стена здесь, Фарин, мы должны полностью сосредоточиться на ее защите. – Он опустил руку. – Залп. – Ураган стрел.
Наступавшие солдаты подняли щиты над головами. Кахан слышал, как со стуком падали стрелы, надеялся увидеть солдат, которых они поразили. Однако они продолжали идти вперед. Кахан начал стрелять в передний ряд, стараясь попасть в горло тем, кто держал щит над головой. Когда удавалось, он выбирал командиров веток. Каждая его стрела несла смерть, избранные лучники копировали его, их меткость была хуже, но они выполнили свою задачу, и передней шеренге пришлось опустить щиты – они решили, что стрелы со стены опаснее тех, что летели сверху. Щиты, не такие прочные, как те, что закрывали Рэев, не могли защитить от стрел, которые пробивали их насквозь.
Но это не имело значения.
Он не мог стрелять так быстро, чтобы нанести такой же урон, как форестолы. Солдаты неуклонно преодолевали зону поражения. Рэи держались сзади, не приближаясь к тому месту, где случайная стрела могла их поразить.
