Солдаты врага с ревом перешли на бег и побросали щиты, предпочитая быстроту защите.
– Копья! – крикнул Кахан. – Копья на стену!
Он почувствовал, как задрожала платформа, когда сельчане побежали вверх по лестницам, присоединяясь к лучникам. Лучшие стрелки и Кахан продолжали выпускать стрелы. Силы Рэев подошли ко рву. Вперед выступили солдаты с мостками и начали перебрасывать их через ров. Другие метали копья. Упал один крестьянин, потом другой.
– Щиты! – крикнул кто-то с дальней части стены.
Защитники Харна прятались за ними или за стеной. На миг Кахан почувствовал себя молодым странствующим воином. Воздух наполнился криками шедших в атаку солдат.
Звучали крики и стоны раненых с обеих сторон. Солдаты метали копья точнее и дальше, чем крестьяне. Чье-то тело со стуком упало на платформу. Появились новые солдаты с мостиками, они перебрасывали их через ров с кольями внизу, но Кахан не обращал на них внимания.
Мостики были маленькими, по ним мог перейти только один человек одновременно. Гораздо больше Кахана тревожила группа солдат, которые устанавливали большой мост напротив ворот. Они были разгорячены азартом атаки и не обратили внимания на то, что защитники деревни полили таран смолой. Наконец они сумели перебросить большой мост на другую сторону рва.
И дружно устремились к стене.
Стали устанавливать лестницы.
– Камни! – крикнул Кахан. – Бросайте в них камни, берегите копья!
Крестьяне на стенах удерживали врага. Они бросали камни, копьями сталкивали тех, кто поднимался по лестницам. Снизу донеслись крики.
Барабаны застучали быстрее. В защитников стен летели копья. Новые солдаты перебегали мост, они несли лестницы и ревели от ярости.
– Огонь! – приказал Кахан.
Фарин поднесла факел, Кахан обмакнул наконечник стрелы в смолу и подождал, когда она загорится. Встал, натянул тетиву. Выстрелил.
Стрела пролетела над солдатами. Воины держали щиты над головами, пот заливал лица. Гнев, ярость, ненависть. Они не заметили стрелу. Имена их погибших товарищей повисли в воздухе, как обещание расплаты.
Ничего не произошло.
Враги продолжали шагать через мост. Они все еще шли вперед, когда стрела Кахана исчезла во рву. Прислонили к стене еще одну лестницу.
Она с треском ударилась в стену. Крюки на верхних концах вонзились в дерево. Женщина отвела руку назад, чтобы метнуть копье, полные радости глаза были широко раскрыты, она целилась в Кахана.
Кахан почувствовал, что она собиралась вложить в бросок всю свою силу. Сейчас перевес был на стороне атакующих.
Свет.
Слабый огонек под мостом.
Вот он начал расти.
И полыхнул вверх. Пламя заплясало вдоль рва, подожгло химикаты в ямах кожевенников. Послышался треск загоревшейся смолы. Мостики взлетали в воздух, сбрасывая солдат в пылавшие рвы, они падали на колья и горели.
Крики ярости сменились воплями ужаса и боли. Кахан чувствовал жар огня на коже и поднял руку, защищая лицо. Армия Рэев отступала перед яростным огнем.
Им овладело возбуждение. Капюшон извивался под кожей.
Кахану хотелось открыть ворота. Повести людей в атаку. Преследовать врага.
Он подавил это желание.
Они, как и вражеские солдаты, не могли пересечь пылавший ров. Защитники деревни торжествующе кричали на стенах, называя убегавших солдат трусами.
Кахан повернулся и закричал:
– Лучшие лучники и копейщики к Лесным Воротам!
Он спрыгнул со стены. За ним последовали те, кого он назвал лучшими воинами. Остальные остались на стене. Праздновать победу.
Свет над лесом уже начал спускаться, превращая деревья в черные зубы на фоне розового неба.
Кахан бежал к Лесным Воротам, чувствуя движение капюшона под кожей. Он стремился к другому капюшону, который находился где-то рядом.
– Вниз! – взревел Кахан.
Он увидел возрожденных, которые стояли с группой селян, вооруженных копьями. Они бросились на землю.
Мощная вспышка озарила деревню. Появились новые тени. Еще одна вспышка. Стена погрузилась в тень, крестьяне застыли в странных позах, руки и ноги оказались совсем не в тех местах, где должны были находиться, когда ворота под ними взорвались. Ударная волна сбросила их на землю – эти люди не услышали его предупреждения. Солдаты во главе с одним из Рэев устремились в деревню.
– Ко мне! – крикнул Кахан. – Лучники и копья!
– Лесные лучники и копейщики, ко мне! – кричала Сенгуи, бежавшая к нему со щитом и копьем в руках.
Рядом с ней Кахан увидел двух возрожденных, теперь пришло их время. Они оказались в своей стихии.
Защитники Харна подбегали к нему и вставали в строй, пока он снимал топоры с бедер. Было в том, что происходило, нечто кошмарное, когда он смотрел сквозь мерцавший огонь охваченных пламенем ворот. Люди бежали со всех сторон. Некоторые с целью, другие в полной панике. Если бы Рэй, пробивший Лесные Ворота, не истратил всю свою энергию, им бы пришел конец. Но его атака привела к тому, что все его силы ушли, поэтому он остался сзади, пропустив вперед солдат.
