Боги Вирдвуда полностью

Марант, огромный и черный, продолжал негромко гудеть, занимая всю поляну. Рядом с ним стояли два хеттона и два Рэя. Их доспехи сияли боевыми символами и почетной краской, показывая, где они сражались, и прославляя совершенные ими подвиги. У того, кто был меньше ростом, шлем украшали рога короноголового, вставленные в дерево шлема.

– Галдерин! – сказал Венн, и его голос стал высоким от паники. – Что нам делать теперь? – Он схватил Кахана за руку.

Кахан не знал. Даже если бы ему удалось отвлечь стражей от маранта, он будет слишком долго и шумно подниматься в воздух.

Но если они не сделают что-то сейчас, вернутся остальные хеттоны. Кахан искал в своих воспоминаниях, возвращаясь в прошлую жизнь, все, что ему было известно о Рэях, и то немногое, что он знал о хеттонах. Он пытался найти хоть какую-то деталь, которая могла бы помочь.

Возрожденные. Больше он ничего не мог сделать, однако ему не удавалось мысленно сформировать нужные слова. Он хотел отыскать другой путь. Другой путь должен был существовать.

Один из Рэев, тот, у которого не было рогов, что-то сказал и махнул рукой. Кахан повернулся к Венну и потянул назад, в заросли.

– Венн… – начал он и замолчал.

Трион смотрел на него, точнее, заглядывал в него, и у него на лице появилось странное выражение. Казалось, его покидала жизнь.

– Они тебя убьют, если поймают, когда поймут, кто ты такой, – сказал трион. Его голос стал тихим и мягким. – Бесклановый, с капюшоном. – Он заморгал, словно ему только сейчас все стало понятно. – Они станут убивать тебя очень медленно.

Кахан кивнул:

– Да.

– Я сказал, что не буду убивать. – Трион смотрел на него. – И мы полны решимости сдержать данное себе слово.

Он начал подниматься, и Кахан схватил его за руку.

А потом сжал руками его шлем с двух сторон.

– Если ты не остановишься, они тебя увидят.

Венн отвел его руки от шлема.

– Они не станут меня убивать, – сказал он. – Просто заберут.

– Зачем? – Кахан с трудом заставлял себя говорить. – Куда они тебя заберут?

– В комнату в шпиле. Откуда я не смогу уйти. Но я буду жить. – Он пожал плечами. – Ты будешь жить. Я им скажу, что ты умер.

– Венн, существует другой…

– Нет, – сказал тот. – Нет.

Трион повернулся и быстро пошел вперед через кустарник, и Кахан остро почувствовал одиночество. Ощущение детской игрушки в руке.

Кахан остался лежать между двумя кустами. Он смотрел. Венн выбрался из кустарника и обошел поляну с другой стороны.

– Галдерин! – закричал он, выйдя из кустов.

Оба Рэя и хеттоны пошли им навстречу. Молочные глаза хеттонов смотрели на триона. Затем они зашипели.

Один из Рэев что-то сказал, и хеттоны опустили головы.

– Венн, – сказал более высокий Рэй, – нас послала твоя мать, она встревожена. Один из мужчин в клетках…

– Он их убил, – сказал Венн.

– Как? – спросил другой Рэй.

Венн пожал плечами.

– Я потерял сознание, когда он вырвался, – сказал он. – Когда пришел в себя, оказалось, что он захватил меня в плен. Он сильно пострадал и умирал. Мне было нетрудно от него сбежать.

– Где он?

– Я думаю, что он мертв, – сказал Венн, потом покачнулся и шагнул к маранту. – Там. – Он показал направление, откуда пришел.

В противоположную от Кахана сторону.

– Мы рады, что ты вернулся, – сказал Рэй с рогами. – Тебе следует остаться с хеттонами. Они тебя защитят.

– Они меня пугают, – сказал трион.

Кахан не услышал ответа, лишь увидел, как Рэй кивнул.

– Следует ли нам тебя связать? – спросил более высокий. – Я бы не хотел доставить тебя к матери в веревках. Ей будет стыдно.

– Вам нет нужды меня связывать, – сказал Венн.

Пожалуй, Кахан никогда не слышал, чтобы голос звучал настолько безнадежно. И не чувствовал себя таким маленьким. Он подумал, что ни за что не поступил бы, как этот ребенок. Рогатый Рэй повернулся к своему напарнику – Галдерину? – и свистнул. Хеттоны и первый Рэй взобрались на маранта, за ними последовал Венн. Кахан продолжал прятаться в кустарнике, как последний трус. Те, что сидели на маранте, приготовились к полету, и он услышал, как тихо плакал Венн. Его рот наполнился тем же отвратительным привкусом, как в тот момент, когда хеттоны проходили мимо них в лесу, а потом понял, что они возвращаются. Кахан насчитал только семерых. Должно быть, с одним разобрался лес. Лес не любил противоестественных существ.

Казалось, хеттоны не обратили внимания на то, что один из них пропал. Они взобрались на маранта, и Рэй с рогами надавил на заостренный прут, прикрепленный к передним ногам маранта.

С криком боли марант загудел сильнее и поднялся в воздух, оставив Кахана наедине с чувством вины.

Он ждал.

Смотрел вслед маранту, пока тот не превратился в точку на небе, – и только после этого почувствовал, что опасность отступила и он мог снова двигаться.

Но он не был в безопасности. Вовсе нет.

– Здесь, – шипящий голос.

Ощущение мерзости. Он повернулся. Последний хеттон. Меч опускался. У него даже не было сил, чтобы закричать.

Темнота.