Один-единственный день, когда на работу мне надо попасть пораньше, а на дорогах чертовы пробки. Я на полчаса застреваю на двухполосном шоссе, которое как будто вообще не движется. Неведомые муниципальные силы утром именно этого понедельника решили начать абсолютно ненужные дорожные работы и тем самым разрушить всю мою жизнь. Каждая клетка в моем теле дрожит от чистейшей ярости.
Я звоню нашей ресепшионистке Джорджии, чтобы сказать, что опоздаю.
– Хорошо, Стефани. Презентация уже началась, но, будем надеяться, ты успеешь к перерыву на кофе, – весело отвечает она.
– Да, да. Но мне бы хотелось с ними познакомиться. Пожалуйста, не отпускай их до моего приезда! – отвечаю я, надеясь, что она уловит бесконечное отчаяние в моем голосе. На часах – 10.46.
Лифт звякает на втором этаже, и я выбегаю из кабины. Нет, конечно, это не бег, скорее быстрый шаг. Но и он наводит на мысль, что я куда-то опаздываю. А ведь я и правда опаздываю. На часах – 11.25.
Я проскакиваю мимо Джорджии, которая болтает с курьером, расписываясь за какие-то документы.
Боже, пожалуйста, пусть бы они еще не ушли!
Прибавив шаг, я направляюсь в главный конференц-зал, чувствую, как от нервов у меня сводит желудок – в нем такая тяжесть, словно я ком цемента проглотила. Пытаясь успокоиться, я делаю несколько вдохов, но я иду так быстро, что толку от этого никакого. Шпильки цепляются за ковер, я уверена, что вот-вот упаду, – что увенчает вообще провальный день.
Если подумать, мне следовало бы заглянуть в окно конференц-зала, прежде чем врываться. Следовало бы остановиться на секунду, чтобы восстановить самообладание, а не влетать на скорости сто миль в час.
Ничего такого я не сделала.
Я врываюсь в конференц-зал и первым делом вижу Джейми Добсона. Не папу, не других финалистов, не членов жюри, а Джейми Добсона.
Мне требуется секунда, чтобы отдышаться. Надо же, он болтает не с кем иным, а с моим отцом. Нас разделяют три года, когда мы общались, необходимость скрывать чувства и принести извинения (с моей стороны), и мы должны вести себя так, словно не знакомы друг с другом.
Когда он поворачивается к дверям, его лицо расплывается в улыбке, словно он счастлив видеть меня. Слава богу!
– А вот и она! Джейми, позвольте представить вам мою дочь, Стефани. Она наш менеджер по маркетингу, – внезапно говорит папа.
О боже!
– Стеф, это Джейми, – говорит папа, указывая на человека, который последние девять лет был моим любовником, человека, в которого я безнадежно влюблена. Он – один из финалистов нашего конкурса.
Джейми смотрит на меня с улыбкой под стать моей. Знающей улыбкой, мол, «ну можно ли в такое поверить!», почти со смехом.
Он протягивает мне руку, и я ее пожимаю. Я смотрю ему в лицо, когда наши руки соприкасаются и между нами проскакивают знакомые искры, электрические разряды, которые только он способен во мне пробудить. Словно бы он подключает меня к электрической розетке.
– Приятно познакомиться, – произносит он, но не может не улыбаться. Я правда очень надеюсь, что папа ничего не замечает.
Джейми как будто похудел, но ему идет. Он кажется более худощавым, словно ходил в спортзал. Волосы у него все еще длинные и взъерошенные, как я обожаю, зачесаны назад ровно настолько, чтобы не лезть в глаза. Он выглядит до мозга костей художником, но не в типичном смысле: одет в джинсы с белой рубашкой и черный костюмный пиджак. Классический расслабленный и небрежный лук. И он такой чертовски сексуальный.
Мне нужно остаться с ним наедине, но так, чтобы не вызывать подозрений.
– На самом деле, Джейми, ваше имя мне как будто знакомо. Хотелось бы записать кое-какие факты о вас перед тем, как уедете, если вы не против? Не уходите, не повидавшись со мной, – пытаюсь сказать я небрежно, потому что папа стоит рядом.
– Ладно, нет проблем. – Джейми кивает.
Я улыбаюсь им обоим и иду знакомиться с другими финалистами, постоянно ощущая, что взгляд Джейми следует за мной по залу. Где бы я ни находилась, я чувствую на себе этот взгляд. Это – самый сюрреалистический момент моей жизни.
Следующие полчаса проходят за медленным брожением по залу, я стараюсь выглядеть собранной и ничуть не встревоженной тем фактом, что нахожусь в одном с Джейми помещении. Такое ощущение, словно я не могу дышать. Тридцать минут спустя я просто не могу больше этого выносить, и мне приходится прервать его разговор с одним из финалистов.
– Вы не возражаете пройти ко мне в офис на десять минут, Джейми? Мне нужно заполнить с вами кое-какие формуляры, – говорю я чуть громче, чем нужно.
– Хорошо, я никуда не спешу, – отвечает он.
Прощаясь, Джейми обменивается рукопожатием со всеми в конференц-зале. Я нисколько не удивлена, видя, что он уже всех тут очаровал. Надеюсь, это хороший для него знак перед финалом.
Выйдя из конференц-зала, мы молча идем по коридору бок о бок, ближе, чем ходят чисто деловые знакомые. Наши руки иногда задевают друг друга. Когда это случается, мы друг на друга не смотрим. У лифта я нажимаю кнопку вызова, зажигается стрелка.
