– Нам надо подняться на два этажа выше, – объясняю я. – Я ни за что не пойду по лестнице на таких каблуках.
– И никто бы не стал вас за это винить! – смеется он.
Десять секунд, пока перед нами останавливается кабина, мы неловко озираемся по сторонам. Я хочу просто смотреть на него, ведь прошлые три года я страшно по нему скучала, и я знаю, что он испытывает то же самое. Но я отдаю себе отчет в том, что мы в чужом и враждебном месте. Это не наш уютный и привычный отель. Мы в офисе моего отца, здесь рискованно и опасно.
Лифт звякает, раздвигаются двери. Я вхожу, и Джейми входит за мной следом. Я нажимаю цифру «6», и несколько секунд спустя двери закрываются.
В былые дни мы тут же бросились бы друг к другу. Мы вдвоем, в замкнутом пространстве – вот тут искры начинают лететь во все стороны. Но не сегодня. Нас окутывает облако неуверенности и сомнений. В последний раз, когда мы виделись, я кричала на него, говорила, мол, никогда больше не хочу его видеть.
Лифт лязгает между этажами. Мы стоим в каких-то двух футах друг от друга, молчим. Я не знаю, что делать или говорить. Джейми не отводит от меня пристального взгляда. Нет, он не сердится, скорее он так смотрит, потому что не видел меня очень долго, – и я вполне его понимаю.
Я испытываю облегчение, когда наконец загорается цифра «6».
Начав работать у папы, я настояла на том, чтобы у меня был приятный кабинет. Я не из тех, кто способен сосредоточиться в безликом сером пространстве. Мне нужно наложить на него свой отпечаток – но, разумеется, сохраняя профессионализм. Поэтому по стенам у меня висят картины, в углу стоит диван, по комнате в стратегических местах расставлено несколько ламп. На столе – фотографии девочек в рамках. Я работаю на неполную ставку, но мне все равно нравится видеть их, когда я тут. Папа думает, что офис у меня глупо девчачий, но мне нравится. Я же не заставила его свечками из ИКЕИ или чем-то подобным, поэтому пусть идет лесом со своим мнением.
Мы входим и садимся на диван. Я понятия не имею, с чего начать. Начинать ведь надо мне.
– Я думала, ты меня ненавидишь, – шепчу я.
– Я никогда не смог бы тебя возненавидеть, – тут же отвечает Джейми.
– Мне так жаль, так жаль, что я наговорила тогда тем вечером. Все это было абсолютно не к месту…
– Кое в чем ты была права. Кое-что мне надо было услышать, – признает он. – Думаю, это уже какое-то время нарастало. В нас обоих.
– Я не знала, как ты отреагируешь на то, что я послала письмо о конкурсе в твою школу. После того как я увидела тебя тогда вечером в Кембридже, я просто должна была как-то с тобой связаться. Я рада, что нашла тебя.
– Я обрадовался, получив от тебя весточку. Тому, что ты в меня веришь. Ты всегда это делала. Это… – Он умолкает.
– Что?
– Послушай, не хочу показаться неблагодарным за возможность, но я просто должен знать. Учитывая, что это… ты… твой отец… я так рад, что попал в финал, но я не хочу принимать в нем участие, если ты подстроила, чтобы я выиграл… – неловко говорит Джейми.
– Что ты! Нет! – заверяю я его. – Честно тебе говорю, я вообще не оказываю никакого влияния на то, кто попадет в число финалистов, не говоря уже о победе в конкурсе. Я отправила тебе бланк заявки, но его любой может получить. Но не больше. Это просто маркетинг. Я занимаюсь рекламой конкурса, не более того.
Очень важно, чтобы Джейми мне поверил, потому что это правда. Все, чего я когда-либо хотела, чтобы он поверил в себя.
– Я думал что-то подобное, просто хотел удостовериться.
– Это – твой шанс, Джейми. Твой шанс показать всем, насколько ты талантлив. Ты теперь так близко! Я видела, каких успехов добиваются финалисты и победители конкурса. Это положит начало твоей карьере, а я знаю, на что ты способен. У тебя хватит таланта, чтобы победить. Что ты собираешься выставлять? Ты уже выбрал, с кого будешь писать портрет? Это же твоя область!
У меня голова кружится, так я взволнованна и рада за него.
– Я только-только начал об этом думать, пока ничего не решил. Выставка не раньше декабря, поэтому у меня уйма времени.
Я киваю, пытаясь успокоиться.
– Ну и… – пытаюсь я сменить тему. – Как… как дела?
– Неплохо. По-прежнему, в сущности. Себу уже пять, тот еще сорванец! Знаешь, он нам продыху не дает…
– Да, могу себе представить! Планируете завести еще? – спрашиваю я. Я знаю, что лезу не в свое дело, но не могу с собой совладать.
– Нет, не думаю, – отвечает, не поднимая глаз, Джейми. – Ну, я хотел… возможно, хотел бы еще одного, но Хелен хочет сосредоточиться на карьере. Она больше не хочет отрываться… декретный отпуск и все такое. Особенно если учесть, что ей светит на работе. Ее выбор. – Он пожимает плечами.
Я выдавливаю нерешительную улыбку. Готова поспорить, из Джейми вышел отличный отец.
– А ты? – спрашивает. – Еще дети появились?
– О, еще девочка! Эви четыре года, Аделаиде один, – улыбаюсь я.
– Красивое имя! Готов поспорить, они обе похожи на тебя.
