ХЕЛЛИНГЕР: Теперь прими каждого из них по отдельности в свое сердце. Не только тех, кто здесь лежит, но и многих других из твоей семьи. Прими их всех в свое сердце, каждого по отдельности.
Беньямин прижимает руку к сердцу, плачет и снова стучит по полу.
ХЕЛЛИНГЕР: Прими каждого в свое сердце, каждого по отдельности – с любовью.
Беньямин успокаивается. Он подходит к одному из мертвых и гладит его по спине.
ХЕЛЛИНГЕР: Точно, прими каждого в свое сердце. И глубоко дыши. Очень спокойно и глубоко дыши.
Беньямин подходит к каждому из мертвых, каждого гладит и целует.
Он подходит также к одному из убийц, который лежит на полу, гладит и целует его. Потом делает шаг назад, складывает в молитвенном жесте руки, смотрит на мертвых и кланяется. Он отходит еще немного назад, на каждом шагу совершая перед ними поклон. Затем он смотрит на преступников и хочет отвернуться.
ХЕЛЛИНГЕР: Теперь иди и к преступникам тоже.
Беньямин подходит к одному из преступников, гладит его по щеке и кладет руку ему на грудь. Тот кладет руку ему на плечо. Беньямин снова гладит его по щеке и идет к следующему.
Он кладет руку ему на грудь. Тот тоже кладет руку ему на плечо. Беньямин гладит его по щеке и переходит к следующему.
Он кладет руку ему на плечо и гладит его. Затем они обнимаются. Он идет к следующему и гладит его тоже.
Он подходит к одному из убийц, который опустился на пол и которого он уже гладил, целует его и идет к последнему убийце, который тоже уже давно лежит на полу с закрытыми глазами. Он гладит его, целует и обнимает. Затем встает и отворачивается.
ХЕЛЛИНГЕР Беньямину: Достаточно?
Беньямин кивает и кладет голову Хеллингеру на грудь. Они долго обнимаются.
Тем временем все преступники легли на пол и закрыли глаза.
ХЕЛЛИНГЕР через некоторое время заместителям: Это все.
После паузы группе: У немецкого композитора Рихарда Вагнера в его последней опере «Парсифаль» есть прекрасный текст и прекрасная мелодия. Она называется: «Волшебство Страстной Пятницы».
После долгих странствий Парсифаль прибывает в замок Грааля. Он приносит обратно Святое Копье и удивляется тому, как все изменилось. По-новому светятся цветы, от всего исходит особое сияние. Гурнеманц, старый рыцарь Грааля, говорит ему: «То пятницы Страстной волшебство, царь».
Когда Иерусалим действительно будет святым городом, каким он предстает в видениях Исайи и в Откровении Иоанна?
Когда в мирном царстве мертвых сравняются друг с другом все бывшие враги по священным войнам – начиная с захвата земли при Иисусе Навине, объединения при Давиде и Соломоне, войн между Израилем на севере и Иудеей на юге, покорения обоих царств ассирийцами и вавилонянами, трудного восстановления после изгнания при Ездре и Неемии, кровавых войн маккавеев, казни Иисуса, разрушения Иерусалима римлянами, завоевания арабами, крестовых походов и до нового заселения страны после последней мировой войны.
Я представляю себе, как все они возвращаются назад, смотрят друг другу в глаза, плачут о том горе, которое друг от друга претерпели и которое друг другу причинили, возвращают друг другу достоинство и, наконец примирившись, оставляют прошлое позади.
А живые? Они видят, что когда-то ожидает и их тоже, умеряют свои цели и раскрывают друг другу свои сердца.
Отношения между немцами и русскими долгое время были тяжелыми из-за того, что многие немцы были уверены в своем превосходстве над русскими и соответственно себя вели. Позже они боялись русских, но этот страх тоже часто сочетался с неприятием. Поэтому мир между немцами и русскими начинается с уважения немцев к русским и скорби о той несправедливости и тех страданиях, которые они им причинили.
Следующие примеры покажут, как к этому можно прийти.