И что они уж точно там найдут, это сугубо мужские вещи. Их и подбрасывать не надо. Как минимум обвинение в преступной связи, ведь официально мы с князем не женаты. Проступков вдовствующей императрицы хватит на три пожизненных, казнить они меня не посмеют.
Император уже делает знак рукой, и главный евнух готов позвать стражу, но я повелительно говорю:
— Остановись! Ты кое-что забыл!
Он вырос в заброшенном дворце и не один год провел в ссылке. А я блистала на подмостках, пока мальчишка получал люлей от своих учителей, считающих его дураком. Сын Неба еще помнит мое величие. И моих влиятельных друзей. Поэтому останавливает своего прихвостня и вопросительно смотрит на меня:
— Это вы о чем, бабушка?
— О том, что ты — пустое место. А я смогу взять под контроль четыре армии. Одна на юге, в Нанкине, другая в Гуаньчжоу, куда уехал принц Ран Мин, третья на востоке, где охраняет границу князь Юн Чжоу, мой друг. Ну и четвертая на севере, куда ты отправил генерала Гао. Да, с ним мы далеко не друзья, но тебя он теперь ненавидит гораздо больше. К тому же он тесть принца Ран Мина, которого именно я когда-то сделала регентом. А принц умеет быть благодарным. И, видит Бог, я объединюсь с этими Гао, как бы я их не ненавидела. Но я пойду на это. И четыре армии, стянутые со всех концов страны, раздавят Пекин с его жалким гарнизоном, как гнилой орех. А ты уже не отделаешься ссылкой, предупреждаю.
— Вы, вы, вы… Вы все мне присягнули!
— Но это не значит, что мы не действовали все эти годы. А чем занимались вы? Ты и тупоголовые Чуны? Раздули бюрократический аппарат? Растащили казну по кладовым?
— Не смейте оскорблять сестру и братьев моей супруги!
Он вскакивает, сжимая кулаки, лицо красное. А меня этот баран, честно сказать, достал. Поэтому продолжаю:
— Вы понятия не имеете, как обстоят дела в империи. Хотя бы знаете, сколько в ней провинций? Перечислите.
— Мне регулярно поступают доклады!
— О том, что все замечательно? — с иронией спрашиваю я. — Вам просто не говорят правду, ваше величество, поскольку вы все равно не станете проверять. На местах воровство и мздоимство, коррупция достигла чудовищных размеров. А чем занимаетесь вы? Ищете в Запретном городе колдунов? Если кто-то посмеет без моего разрешения войти в красную комнату, тем паче посадить меня под арест, то мои сторонники, а их я вам перечислила, поднимут мятеж. Так как?
О, Лин! Спасибо тебе и твоей предусмотрительности! Ты навестил казармы! И еще большее спасибо за Сяоди!
— Но, но, но…
Император начинает заикаться, что означает высочайший признак волнения. И неизвестно, чем бы закончилась наша перепалка, потому что главный евнух опять подает его величеству какие-то знаки, но в кабинет влетает слуга с криком:
— Началось! Ваше императорское величество, началось!
— Что началось? — с недоумением спрашиваю я.
— По совету свояченицы я призвал к постели больного сына могущественного шамана. И он немедленно проведет обряд изгнания болезни из Первого принца.
— Так это вы, выходит, занимаетесь тут колдовством!
У меня нет слов. Какой еще обряд⁈ Ребенку нужен врач!
Но в крестьянских семьях свирепствует мракобесие, которое косит население не хуже той же оспы. Вера в колдовство и шаманов. Лекари-то дороги, и лекарства тоже. Да и где их грамотных отыщешь, в глуши-то? Мать императора, крестьянка по происхождению, ничего лучше не нашла, чем прибегнуть к привычному с детства обряду, Чун Ми тоже не бог весть как образована. А ее младшая сестра, императрица тем паче. Я пытаюсь остановить произвол, но меня никто не слушает.
— Если вы к нам не присоединитесь, бабушка, я объявлю вас пособницей дьявола. Значит, вы боитесь приблизиться к святому. Который мигом вас разоблачит.
Да к какому на хрен святому⁈ Этот баран коронованный что, имеет в виду шамана⁈ Но меня зажали в угол, к тому же я еще надеюсь спасти ситуацию. И мы с императором чуть ли не бегом направляемся во дворец к его супруге. У самых ворот мне под ноги кто-то бросается.
Я с трудом узнаю одного из придворных лекарей, потому что на нем лица нет.
— Госпожа, умоляю! — он бьется в пыли, пытаясь обнять мои ноги. — Остановите это! Мальчик умирает, ему нужно лекарство! У меня оно есть! Прогоните шамана и позвольте мне попробовать исцелить Первого принца!
Потому что если он умрет, то всех лекарей, которые его пользовали, казнят. Я несусь за императором, прекрасно понимая, что ситуация критическая, но мне то и дело преграждают дорогу слуги. Приходится буквально всех распихивать, а у дворца императрицы сегодня собралась толпа! Поэтому, когда я оказываюсь в комнате, где лежит больной ребенок, сразу понимаю — поздно!
Обряд уже начался, и я не могу его прервать, иначе меня и в самом деле объявят дьяволицей!
Я не верю, что этот татуированный во всех местах, включая даже совесть экзорцист сам святой Николай, и вообще в шамане есть хоть капля не то, что святости, хотя бы благоразумия. Чтобы понять: мальчик при смерти. Но злодей безусловно мастер своего дела, лихо работает.
