После этого начался форменный сумасшедший дом.
Пометавшись по дому без всякого смысла, они приняли единственно верное решение: поскольку у Ларина вещей нет по определению — кроме тех, что на нем и на полу гостиной, спальни и кухни — он займется пересадкой Егора в контейнер, а Полина быстро соберет сумку.
Результат получился двоякий. С одной стороны, все рекорды скорости сборов в дорогу были перекрыты, с другой — в чемодане Полины вперемешку лежали: шесть пар трусиков, три футболки, два махровых полотенца, одно вечернее платье, резиновые сапоги и дождевик канареечного цвета, а также — россыпью — зубная паста, зубная щетка, пустая косметичка и тени для век, в то время как Евгений выглядел отчасти даже импозантно в своем деловом костюме и при галстуке, но был неприлично мокр спереди и снизу. Егор проявил неожиданное упорство и не желал даваться в руки для пересадки. Женя не сдался, применил технические средства (дуршлаг) и справился с непокорным карпом. Егор немного побился о стенки тесного контейнера и недовольно затих, широко и судорожно разевая рот.
Полина немедленно впала в панику, предположив, что карп уже начал задыхаться, на что Женя резонно возразил, что они еще не набрали высоту, и по сравнению с газетой, в которой Егор проделал свой путь до дома девушки, у него сейчас райские условия.
Без четверти четыре «мэрс» стартовал в сторону аэропорта. О том, что на работе тоже надо бы появиться перед отъездом, и речи не шло.
Ларин лихо рулил, надеясь про себя, что сквозняк хоть чуть-чуть подсушит мокрые брюки, а Полина сидела, вцепившись в контейнер с карпом, и лихорадочно вспоминала, выключили ли они плиту перед отъездом.
Регистрация уже прошла, и потому проскользнуть незамеченными им не стоило и пытаться. Наплевав на условности, Женя ворвался вместе с Полиной в дамскую комнату, спугнув пару пожилых туристок, и они задрапировали контейнер одним из махровых полотенец, после чего рысью промчались мимо изумленных сотрудников аэропорта и влетели в салон самолета на последнем издыхании.
Только плюхнувшись на свои места и невнятным мычанием отогнав встревоженную и профессионально заботливую стюардессу, Ларин осознал, что все это время нес одной рукой ручную кладь весом килограммов под тридцать. А еще то, что никакого подарка для Элеоноры он с собой не везет. И то, что через каких-то пару часов полета ему предстоит выйти из самолета в деловом костюме и даже без сменного носового платка.
А встречать его будет Громов…
Женя посмотрел на Полину — и начал тихонько подвывать. Она в недоумении взглянула на него — и присоединилась секундой позже и октавой выше. Через три секунды они оба хохотали взахлеб, и слезы текли у них по щекам.
Уже через час полета все проблемы оказались волшебным образом решены. Стюардесса, не моргнув глазом, унесла брюки Жени в технический салон на просушку и глажку, самого Ларина изящно задрапировали пледом, Полине предоставили место у бортового компьютера, и она связалась по Интернету с магазином, где и заказала для Ларина новый чемодан с полным набором одежды для четырехдневного отдыха в лесном заповеднике. Потом принесли еду, молодые люди хлопнули по рюмочке коньяка, проверили состояние Егора и в изнеможении заснули на плече друг у друга.
Полина проснулась первой, некоторое время с нежностью разглядывала лицо спящего мужчины, а затем приступила к обеспечению карпа кислородом. Таблетка подействовала быстро — Егор немедленно успокоился и теперь смирно дрейфовал в слегка помутневшей воде, не проявляя никаких признаков паники.
В аэропорту контейнеру с живой рыбой никто особенно не удивился. В здешний заповедник слишком часто приезжали ученые с самой разнообразной ручной кладью, чтобы сотрудников можно было смутить подобной ерундой. Зато Громов, ожидавший их снаружи возле своего устрашающего «хаммера» пришел в восторг.
— Малыш! Как ты вырос! Отсутствие девушек сказывается исключительно в положительном смысле! Наконец-то ты перестал поклоняться златому тельцу и стал юннатом. А это, надо полагать, твоя ассистентка-лаборантка? Добрый день. Не пугайтесь, я вовсе не безумен, просто очень рад видеть малыша.
— Дядя Степа, это Полина, моя…
— Знаю, знаю: твоя незаменимая секретарша. Все мне уже добрые люди доложили. И чемодан с твоими вещами уже прибыл. Полина, добро пожаловать. У нас здесь рай для секретарш и их боссов — местный воздух буквально творит чудеса. Стоило Зануде Нагоричному приехать сюда с помощницей — готово, уже трое ребятишек. Пока, правда, два с четвертью, так вернее, но…
— Дядя!
Краснолицый великан немедленно умолк и кротко уставился на посуровевшего Евгения, успев, однако, подмигнуть Полине, а та неожиданно загрустила. А ведь и верно, довольно избитый сюжет — босс привозит на выходные свою секретаршу… Неужели Даша была права, и сказка кончится, не успев толком начаться?
Ларин приосанился и царственно положил одну руку на контейнер с Егором, стоявший на тележке, а другой обнял Полину за талию.
