Без лишних разговоров они переместились в спальню, Кемаля только и успела в глубоком реверансе поприветствовать своего короля. Стельфан тенью последовал за ними. Неплохая выдержка у этого мальчишки. Но Димор об этом уже знал.
- Я рада, - нашептала королю фаворитка, когда они с ней оказались у ложа, - что для столь ответственного задания вы выбрали именно меня, милорд.
Она отстранилась немного, чтобы позволить королю опустить ее на шелковые простыни, и Димор смог увидеть, что ее глаза смеются. Но честность женщины в постели такой зыбкий эвфемизм.
- И чем же вас это так радует, миледи?
- Тем, что очень скоро вы, милорд, можете больше не захотеть ни одну из нас.
- Сомневаешься в силе моего желания?
- О, что вы! Нет! И в мыслях не держу. - Притворно испугалась придворная дама, благосклонно позволяя мужчине исследовать алчущими губами лебединую шейку, - до меня всего лишь дошли слухи. А я, как известно, умею прислушиваться и выявлять из плевел драгоценные зерна истины.
- Ну-ну, продолжай, - велел король, на ощупь расстегивая платье и при этом почти не отвлекаясь от высокой груди, выпавшей из декольте.
- Ваш принц, милорд, - с тихим сладостным стоном выдохнула женщина.
- И что с ним? - на мгновение подняв взгляд, уточнил король.
- Не смотрит, - было ему ответом. При этом леди указала взглядом в сторону окна.
- Он ждет, когда позову, - зло бросил на это мужчина, которому такое поведение принц не понравилось. Для кого он тут, спрашивается, старается? Целое представление разыгрывает, между прочим, вместо того, чтобы всерьез увлечься и думать лишь об усладе плоти. И каков итог? Мелкий паршивец даже не смотрит!
- Так самое время, милорд, - сладострастно выдохнула Кемаля, пробираясь рукой под пояс королевских брюк.
- Еще нет, - хрипло отозвался король.
- Что вы хотите, милорд, что желаете, чтобы я ему показала? - нашептала прелестница на ухо мужчине.
- Твой ум... делает тебе честь, Аля.
- Вы льстите мне, милорд, - но было видно, что женщине приятна похвала, сказанная не в шутку, а всерьез.
- Отнюдь, - Димор поднял ее голову за подбородок и сказал, - я хочу глубокий поцелуй. Самый глубокий, на который ты только способна.
- Поняла, - улыбнулась ему та, озорно сверкнув глазами. И толкнула монарха спиной в грудь, чтобы тот вольготно откинулся на спину, а сама опустилась между его ног, расстегнула брюки, склонилась.
У Кемали был особый талант. Она умела глотать, проталкивая мужское достоинство так глубоко в горло, что это являло собой почти болезненное наслаждение. Не всякая женщина способна на такое. И потом, как она сосала! Как волшебно сжимала губами, скользя по всей длине, и вылизывала чутким язычком постепенно раздвигающую складки головку! Волшебно! Божественно! Незабываемо! Но... но не сегодня.
- Достаточно, - король запустил пальцы в волосы женщины и заставил ее поднять голову от его паха. Она посмотрела в ответ шальными, бесстыжими глазами. - Позови его, - приказал Димор.
Женщина встала. Не позаботившись о том, чтобы оправить одежду или хотя бы прикрыть грудь, высвобожденную из декольте. Подошла к принцу. Тот не обернулся до тех пор, пока она не тронула его за локоть. Мальчишка вздрогнул. Димору это было хорошо видно даже с такого расстояния. День на дворе. В комнате светло. Все видно. Абсолютно все. Даже легкий румянец, приблизившегося к нему мальчишки.
- И чем же ты будешь меня измерять? - Насмешливо спросил Димор.
- Руками, - просто ответил Стельфан и приступил.
Сначала обхватил твердый ствол пальцами у основания. Потом проделал тоже самое максимально близко с головкой, потом приподнял, осмотрел со всех стороны с таким видом, словно и, правда, проводил научно-исследовательские изыскания. Король стоически терпел все "надругательства". Ждал удобного момента. Даже когда принц, вместо того, чтобы, наконец, перестать играть во все эти игры, провел указательным пальцем по уздечке, отчего у Димора на мгновение потемнело в глазах, но король так и не застонал, сдержался. И вот, наконец, принц убрал руку. И, похоже, уже собирался встать, как король схватил его за запястье и потянул на себя. Поцеловал ладонь, не отрывая взгляда от лица, которое порозовело еще заметнее.
- Может быть, сделаешь одолжение, - интимным, доверительным шепотом спросил король, - и закончишь начатое?
Повисла пауза. Принц смотрел на него широко раскрытыми глазами. Губы мужчины все еще касались его кожи, а дыхание согревало пальцы. Рот малыша пересох, он облизался, как котенок, сунувший усы в сметану, неосознанным, невинным жестом. Король улыбнулся. Эти губы просто молили о поцелуи, но раз уж кто-то очень дерзкий не постеснялся заикнуться о принуждении, пусть решиться сам, а потом будут и поцелуи, и ласки, и все остальное. Ну?!
- Я брезгаю.
- Что? - В первый момент король не понял, что именно ему только что сказали.
