– Твой вечер обещает быть не слишком веселым. Мало приятного прилюдно ползать на коленях перед женой брата. Но мы сделаем все, чтобы ты поскорее забыл свое публичное унижение. После покаяния мы приглашаем тебя на ночную дружескую попойку, – произнес Альфред Нордон. – Закатим ее для тебя, чтобы утешить. Пригласим красавиц-куртизанок. Даже если что-то пойдет не так, дама все равно расскажет, какой ты потрясающий любовник. Главное щедро заплатить.
Дружный хохот заглушил его последние слова.
Эти недоумки сомневаются в его мужских способностях? Ярость ударила в виски. Эрик едва дождался, когда за товарищами закроется дверь.
Во всех его бедах виновата Лорейна. Глупая, недалекая, неотесанная провинциалка!
Что она позволяет себе? За кого принимает Эрика? Была влюблена, а теперь смотрит с пренебрежением. Оскорбилась, что он попытался взять ее силой. Да она сама этого хотела, он видел огонь желания в ее глазах.
От злости на Лорейну у Эрика стучало в висках. Еще утром он не думал о ней. Ну, не получилось соблазнить даму, с кем не бывает?
Друзья поверили в его историю, он с гордостью продемонстрировал подвеску. Никто не узнал бы правды. Если бы ни этот глупый пасквиль. Кто-то из его товарищей перегнул палку, посмеявшись над герцогом и его женой. И это было полбеды. Кто поверит женщине? Все они лгуньи, все склонны к изменам. Лорейна не исключение.
Эрик был уверен в себе. Конечно, Лорейна теперь герцогиня, но слово Эрика будет против ее слова. Герцогини тоже изменяют мужьям. Роберту это не понравится. Но что поделать, и ему придется примерить на себя рога. Как все удачно складывалось.
Эрик и подумать не мог, что Лорейна до сих пор невинна.
Ему хотелось унизить герцогиню, заставить ее страдать, проливать слезы и молить о любви. Еще утром он не думал о Лорейне.
Вчера в очередной раз рассказал друзьям о своей победе над герцогиней Марлей, припомнил пикантные подробности, угостил их шампанским. Друзья восхитились его талантом соблазнять женщин. Кому только в голову пришло писать это идиотское стихотворение, да еще и распространять его? Вряд ли кто сознается в глупом поступке. Однозначно, это кто-то из его друзей.
Из-за пасквиля все обернулось очень неудачно. Обычная интрижка превратилась в громкий скандал. Эрику не стоило слишком хвалиться своими любовными победами. И уж тем более рассказывать в подробностях о том, чего не было.
Угрызения совести были чужды Эрику. Их он не испытывал никогда. Даже сейчас он только злился на Лорейну и глупость своих друзей, один из которых написал грязное стихотворение.
Эрик понимал – Императору уже в подробностях известно о скандале. Его Величество благоволит Роберту. Однозначно, не стоит усугублять гнев правителя. Но и вставать на колени перед Лорейной в планы Эрика не входило.
И он принял решение. Роберт бесконечно зол на него. А скоро будет ненавидеть всей душой. Но иного выхода у Эрика нет. Роберт не посмеет убить брата. Ему это не позволят. Эрик покинет дворец, и некоторое время поживет далеко от Столицы. Со временем все забывается. Даже подобные скандалы.
Дорогому брату Роберту придется смириться. Настало время достать козырь из рукава. Эрик воспрянул духом.
В тронном зале стоял ровный шум голосов. Только что завершилось вручение верительных грамот. Послы покинули зал. Придворные не расходились, беседовали, обсуждая насущные проблемы государства и ожидая, когда Император позволит им удалиться.
Император махнул рукой. Церемониймейстер ударил посохом об пол, и в зале наступила тишина.
В центр вышел барон Дангер:
– Его Величество очень недоволен, что при дворе последнее время процветают клевета и грязные сплетни. Мы провели разбирательство. И выяснили, что молодой граф Эрик Марлей оклеветал свою невестку, достопочтенную герцогиню Лорейну. Он признался в этом и просит у нее прощения.
Лорейна и Роберт стояли у подножия трона. Лорейна была бледна, стояла с гордо поднятой головой и не удостоила Эрика взглядом. Зато глаза Роберта были готовы испепелить брата.
Дангер сделал широкий жест, приглашая на середину зала Эрика.
Сейчас Эрику следовало опуститься на колени перед Лорейной и произнести покаянную речь.
– Ваше Величество, – низко поклонился он Императору, – я признаю, что повел себя недопустимо легкомысленно. Я приукрасил события. Искренне раскаиваюсь и прошу прощения.
– Вы должны просить прощения не у меня, а у леди Лорейны, Эрик Марлей, – нахмурился Император.
– Да, Ваше Величество. Она невинна, но я не могу просить прощения у герцогини. Не могу, потому что жена моего брата леди Марлей – ведьма. И она вне закона.
В зале наступила звенящая тишина.
– О чем вы, граф? – нарушил ее Дангер.
– Леди Лорейна – ведьма. Посмотрите на шрам на моем лбу, – Эрик откинул светлую прядь волос. – Это след от ее колдовства. Спросите метра Орте или любого другого мага. Шрам свежий, едва начал заживать. Его я получил от леди Марлей, когда, как она выражается, я напал на нее. А я всего лишь хотел выполнить ее желание. Мы не поняли друг друга. Но за это я заплатил сполна.