Я недоуменно нахмурилась. Интриги высокородных семей меня мало интересовали, последнюю четверть часа я с гораздо большим интересом наблюдала, как сменяют друг друга многочисленные посетители аптеки господина Кауфмана, чем следила за пространными рассуждениями супруга о политических делах. Колокольчик над входной дверью звонил, не переставая. Вот молодой клерк придержал дверь перед почтенной леди и горничной, несущей за ней сумочку и зонт. Следом за ними внутрь забежали двое смущающихся студентов. Не успела дверь захлопнуться, как из аптеки показалась женщина с грудным ребенком, которую провожал Тори, сын господина Кауфмана, неся в руках огромный бумажный пакет с зельями и смесями для малыша.
– Миледи? – Супруг поднял на меня взгляд поверх газеты.
– Кажется, вы говорили, – осторожно произнесла я, лихорадочно вспоминая, что же именно заинтересовало лорда Кастанелло. – Что ваш друг… отошел от дел.
– Именно так я и думал. Но…
Он развернул газету на нужной странице.
«Лорд Фабиано Себастьяни, младший брат лорда земли Маркуса Себастьяни и владелец крупнейшего предприятия по производству синтетических кристаллов, выдвинул свою кандидатуру на пост главы Аллегранцы. Как известно, в настоящее время «Современные магические технологии» переживают не самые лучшие времена в связи со скандалом, вызванным взрывом кристаллов в поместье совладельца предприятия лорда Майло Кастанелло и недавними техническими неполадками в главном цеху фабрики. Лорд Себастьяни в последние годы редко посещал публичные мероприятия, предпочитая полностью отдаться развитию благотворительности и решению насущных финансовых вопросов СМТ. Но, несмотря на это, лорд Себастьяни заявляет, что ради благополучия родного города…»
– Бред. Какой же бред. – Лорд Кастанелло со вздохом бросил взгляд в окно, где вновь прозвонил колокольчик над дверью господина Кауфмана, выпуская из аптеки пожилую пару. – Либо Фабиано используют, чтобы выставить Освальда Террини как наиболее достойного кандидата, либо кто-то и вправду собирается протолкнуть младшего Себастьяни на должность главы города. Вот только зачем? У Фабиано давно не осталось никаких амбиций. Да и эта «благотворительность»…
– Насколько хорошо вы знаете своего друга?
– Сейчас? – Майло устало потер виски. – Я думал, что хорошо. Думал, да… Но о его выдвижении я почему-то узнаю не от него, а из случайно купленной газеты.
Майло покачал головой. Ситуация с выборами главы городского совета, от которого отчасти зависели и исход суда, и будущее СМТ, похоже, вызывала у него серьезное беспокойство. И лорд Фабиано, внезапно изменивший свое решение не ввязываться в политику…
За всем, происходящим в Аллегранце, мне чудилась незримая тень человека с красным перстнем.
– Не хочется верить, что он может быть во всем этом замешан, – тихо проговорил супруг. – Но его участие… особенно сейчас… слишком похоже на чей-то план.
– Может, вам стоит поговорить с ним? – предложила я.
– После шумихи, поднятой в газетах? Боюсь, это уже не имеет смысла. Если Фабиано откажется, это лишь укрепит позиции Террини.
– Тогда что… нужен кто-то еще? Третий кандидат?
Лорд Кастанелло невесело усмехнулся.
– Полагаете, в городе есть хоть один уважаемый человек, далекий от политических игр почтенных лордов, но при этом имеющий достаточно влияния, чтобы убедить совет рассмотреть его кандидатуру?
Такого человека я знала – он сидел напротив меня. А больше…
За окном весело прозвенел колокольчик.
Или…
Мы с Майло переглянулись и, не сговариваясь, посмотрели в сторону аптеки.
– Кажется, есть у меня один человек на примете, – задумчиво проговорил супруг. Глаза его загорелись.
– Господин Якобб Кауфман.
– Тот, кого уважают и знают в городе, – подхватил Майло. – Кто легко добьется поддержки совета и, самое главное, сможет быть нам полезен, поскольку тоже использует в работе синтетические кристаллы и активно поддерживает идеи магического прогресса.
Я затаила дыхание. Да, посадить на место главы городского совета господина Кауфмана, честного, неподкупного, знающего почти весь город и отлично понимающего его жителей – от высокородных лордов до простых горожан, – казалось идеальным решением. Но…
– Он не согласится, Майло. Господин Кауфман любит свою работу в аптеке, он творец, а не политик. И потом…
– Я могу хотя бы предложить, – мягко возразил супруг. – Вдруг у меня получится его убедить? Я знаю нужных людей, которые помогут протолкнуть эту идею в совете. Фаринта, поверьте, – потянувшись через стол, супруг сжал мои пальцы. – У нас наконец-то появится шанс изменить жизнь к лучшему.
К моему удивлению, почтенный аптекарь согласился подумать над предложением Майло. Несколько дней супруг разъезжал по Аллегранце, общаясь с прогрессивными лордами и леди, а после, шепотом сообщив мне за ужином, что, кажется, все закрутилось, как надо, объявил, что полностью готов посвятить себя сбору документов для предстоящего слушания. Лорд Сантанильо по этому поводу язвил весь вечер, не переставая.
