– Прежде чем мы перейдем к допросу самой леди Кастанелло, – хорошо поставленным голосом произнес он, – я бы хотел попросить господина Арджеро Бренци повторить свои показания в ее присутствии.
– Принимается, – кивнул судья. – Можете приступать.
Старший обвинитель де Лука подошел к каторжнику.
– Для протокола, вы знакомы с леди Фаринтой Кастанелло, бывшей госпожой Фаринтой Честер?
– Я знаком с госпожой Фаринтой Честер.
– Вы подтверждаете это?
– Я подтверждаю это.
Все повторялось слово в слово. Арджеро Бренци бездумно повторял все, что ему говорили, а господин де Лука умело выстраивал вопросы именно так, чтобы получить нужные ответы. Заскрипели перья судебных секретарей, по залу пробежали взволнованные шепотки. Я мельком бросила взгляд на лорда Сантанильо. Адвоката, казалось, совершенно не волновало происходящее.
– Хорошо, – продолжил господин обвинитель. – Сообщите суду следующее: до вашего ареста вы работали вместе с госпожой Фаринтой Честер?
– Я работал с госпожой Фаринтой Честер, – подтвердил он.
Повернувшись лицом к залу, старший обвинитель театральным жестом развел руки.
– Как нам известно, господин Арджеро Бренци был осужден семь лет назад за нелегальное изготовление кацина и других запрещенных в Иллирии ядов и зелий. – Публика ахнула. – Тогда доблестный капитан Энио Маркони смог обнаружить и ликвидировать подпольную лабораторию зельеваров и привлечь к ответственности четверых человек. Но некоторые преступники, очевидно, все же остались на свободе. Сейчас у нас наконец-то появился шанс осудить двух из них. Господин Арджеро, вы можете подтвердить, что госпожа Честер вместе с вами изготавливала запрещенные зелья?
– Мы с госпожой Честер вместе изготавливали запрещенные зелья.
– Например, кацин?
Каторжник кивнул. Зал загудел столь громко, что судье пришлось несколько раз стукнуть молоточком, призывая собравшихся к порядку. Я кожей чувствовала направленные на меня неприязненные взгляды, осуждение, недовольство. Заседание суда шло уже не первый час, и, хоть я не слышала ничего, что происходило до этого, полагаю, господином обвинителем было сказано достаточно гадостей и про меня, и про Майло.
– Как видите, – произнес старший обвинитель. – Все становится на свои места. Подпольная лаборатория в поместье сменила ту, что была так удачно разоблачена моим коллегой господином Маркони, а после к преступной деятельности лорда Кастанелло подключилась и супруга, тоже неоднократно участвовавшая в противоправных действиях. Вместе они практически уморили ни в чем не повинного ребенка, что подтверждают результаты проведенных тестов. И, если уважаемый суд будет достаточно разумен, чтобы не принять во внимание безумную версию о похищении леди Кастанелло ее же собственным водителем, то и смерть господина Руджеро Бренци потребует более тщательного изучения. У меня все, ваша честь.
Господин обвинитель сел, бросив на меня взгляд, полный мрачного торжества.
– Слово предоставляется адвокату лорда Кастанелло, – объявил судья.
Лорд Сантанильо поднялся со своего места. Некоторые присутствующие в зале молодые леди тихо и томно ахнули, беззастенчиво разглядывая высокого статного адвоката. Уверена, большинству из них было известно, что младший лорд Сантанильо не женат, и они пришли в суд вовсе не для того, чтобы узнать, чем закончится наше с Майло дело.
– Ваша честь, – обратился к судье адвокат. – Вы умеете готовить кацин?
Опешили все. Судья взволнованно поправил белый накрахмаленный воротничок форменной мантии.
– Разумеется, нет.
– Миледи?
– Нет, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал убедительно и твердо.
– А вы, милорд Кастанелло?
– Я ровным счетом ничего не смыслю в зельеварении. Нет.
– А вы, господин де Лука?
Старший обвинитель презрительно скривился.
– Оставьте ваши кулинарные фантазии, уважаемый адвокат, для более подходящего случая. Здесь не время и не место…
– Скорее всего, ответ «нет», – перебил его лорд Сантанильо.
– Нет.
– Что же, полагаю, большинству из присутствующих здесь процесс приготовления кацина неизвестен. Поэтому я взял на себя труд ознакомиться с материалом.
Подойдя к столу, где сидел лорд Кастанелло, адвокат взял в руки толстый потрепанный фолиант, обтянутый темной кожей. Я вытянула шею, пытаясь прочитать вытисненное на корешке название книги, но быстро оставила эту идею. Язык был мне незнаком.
Лорд Сантанильо раскрыл фолиант на заложенной странице и продемонстрировал всем желающим. Судя по недоуменным взглядам присутствующих, циндрийскую вязь не понимал никто. Но структура текста и схематичные иллюстрации позволяли предположить, что именно было написано в книге. Рецепт приготовления кацина, невероятно сложного составного зелья, создание которого – даже если бы я знала перевод – находилось далеко за пределами моих магических возможностей.
