В светлицу Святополка великая княгиня вошла без стука, поскольку дверь туда была не заперта изнутри. Тихие голоса за толстым парчовым пологом насторожили Гертруду. Там были Святополк и Эльжбета. Голосок служанки звучал немного недовольно и в то же время кокетливо. «Ну вот, милый, ты поел и отдохнул, – молвила Эльжбета. – Значит, нам пора чуточку пощекотать друг друга. Видишь, я уже готова отдаться тебе!» Голос Святополка прозвучал вяло и уныло: «Ну, ежели лишь чуточку…» Затем последовал долгий усталый вздох княжича. И снова раздался голосок Эльжбеты, дрожащий от негодования: «Можно подумать, я толкаю тебя на убийство, Святополк! Ну же, встряхнись!»
Гертруда подкралась на цыпочках и заглянула в щель между двумя дверными занавесями. Она увидела широкую постель, на которой сидела нагая Эльжбета с ожерельем из изумрудов на шее. Вот Эльжбета откинулась назад, опершись на локти и раскинув по одеялу свои длинные белокурые волосы, расчёсанные столь тщательно, что каждая волосинка отливала блеском. Беременность пока ещё никак не обозначилась на её прекрасной фигуре. Нежная кожа красивой польки светилась тёплым матовым оттенком – свет из узкого оконца падал прямо на неё. Эльжбета покачивала из стороны в сторону тяжёлыми полушариями своих пышных грудей, глядя на Святополка из-под скромно опущенных ресниц. Её зелёные глаза влажно искрились такой глубокой страстью, что, казалось, они не оставят равнодушным даже камень. Однако Святополк, с недовольным видом стаскивающий с себя рубаху, не проявлял любовного пыла, словно его терзали какие-то сомнения или совершённый недавно тяжкий грех.
«Ну и увалень!» – подумала Гертруда.
Эльжбета принялась жалеть Святополка, называя его всякими уменьшительными прозвищами, признавая себя развращённой девицей, а его сравнивая с чистым ангелом. «Почему мой ангелочек так стонал сегодня ночью? Всё порывался рубить кого-то мечом!»
– Мне снились половцы, – признался Святополк с подавленным видом. – Знаешь, Эльжбета, я ведь еле ноги унёс от них. Натерпелся страху!
– Ах ты, мой бедненький козлёночек! – промурлыкала Эльжбета.
– Как вспомню скуластые рожи поганых, даже тошно делается, – жаловался Святополк.
– Мой зайчоночек!..
– Как я уцелел в сече, сам не пойму.
– Ну, иди ко мне, мой ангел.
– Скажи, Эльжбета, ты молилась за меня?
– Конечно, молилась!
– Какая ты хорошая! Значит, твоими молитвами я и спасся.
В порыве нежности Святополк стал покрывать поцелуями колени Эльжбеты. Она же тихонько смеялась, поскольку ей было щекотно.
Видя, что Святополк и Эльжбета уже тискают друг друга в объятиях, Гертруда неслышно удалилась, бесшумно притворив за собой дверь. От увиденного в ней самой стало пробуждаться пламя страсти. Неожиданно столкнувшись с Людеком в узком дворцовом переходе, – он шёл куда-то с толстой книгой под мышкой, – Гертруда едва не заключила его в свои объятия.
– Сегодня в полночь!.. – прошептала Гертруда на ухо Людеку, досказав остальное глазами, сияющими, будто алмазы.
Людек молча кивнул, с обожанием глядя на княгиню.
– Что это у тебя? – Гертруда кивнула на книгу.
– Сборник законов – Русская Правда, – ответил Людек. – Князь велел принести к нему.
– Нет, отнеси-ка эту книгу в мои покои, а князю скажи, что пока ещё не отыскал сей сборник, – сказала Гертруда, нежно погладив пальцами Людека по подбородку.
До чего же он мил! Как ему идут длинные волосы!
– Моя госпожа желает досадить мужу? – улыбнулся постельничий.
– Просто хочу ознакомиться с кодексом законов, коим так гордятся Изяслав и его братья, – промолвила Гертруда.
– Было бы чем гордиться! – презрительно бросил Людек.
– Согласна с тобой, – улыбнулась Гертруда и вновь перешла на полушёпот: – В полночь жду тебя, соколик!
Они расстались, полные тревожной радости от этой краткой встречи и от предвкушения грядущей, сладостной для них ночи.
Сразу после ужина Гертруда сама сменила бельё на своей постели, дабы не давать повода служанкам для кривотолков. Совершив омовение и умаслив своё тело душистым розовым маслом, Гертруда долго приводила в порядок свои густые волосы. После чего она почистила зубы соком корня калгана, пожевала листья мяты, чтобы придать свежесть дыханию. Гертруда даже забыла совершить вечернюю молитву, увлечённая своими приготовлениями ко встрече с любовником.
В ожидании Людека Гертруда заставила себя полистать Русскую Правду, сосредоточив своё внимание на законах о завещании и престолонаследии. Она сразу подметила сходство Русской Правды с польским Судебником и сводом законов чешского князя Бржетислава. Там тоже наследование княжеской власти шло от старшего брата к младшему. Славяне на западе и на востоке недалеко ушли от своего языческого представления о родстве и государственности.
