Отвечать ей не имело смысла. С той минуты, как мы сели на корабль, и вплоть до прибытия на эту планету Сара была мною недовольна, и ей вечно не терпелось это высказать. Так что не было ничего неожиданного в том, что она вновь решила меня отчитать, и, как бы я в данном случае ни отреагировал, это абсолютно ничего не меняло.
Я глянул через плечо. Смит и Тук ехали верхом, за ними трусили остальные лошадки, нагруженные нашими пожитками и канистрами с запасом воды. В арьергарде двигался Ух. Он бежал за табуном, словно пастушья овчарка за отарой овец, и даже порой, как собака, отбегал на обочину. Его крепкое объемное туловище было снабжено двумя дюжинами коротких крепких конечностей, ну прямо как у многоножки. Можно было не сомневаться: пока Ух на страже, лошадки не рискнут выкинуть какой-нибудь фортель. Они боялись его до смерти.
– Вы деспотичны, – не дождавшись моего ответа, продолжила Сара. – Вы слишком прямолинейны и грубы, и я думаю, из-за этих присущих вам качеств мы рано или поздно навлечем на себя неприятности.
– Вы сейчас говорите про гнома? – уточнил я.
– Да, вы могли бы быть с ним потактичнее и спокойно прийти к соглашению.
– С какой стати мне миндальничать с этим наглым типом, который хотел обчистить нас до нитки?
– Он сказал, что собирался вернуть нас из пустыни, – возразила Сара, – и я склонна ему верить. Сюда ведь до нас прилетали и другие экспедиции. И гном, судя по всему, вернул их из других миров и позволил идти дальше к своей цели.
– В таком случае соблаговолите объяснить: почему его склад под завязку забит чужим добром?
– Да, не исключено, что гном украл какие-то из этих вещей, – признала Сара. – Возможно, кое-что обманом заполучил до того, как гости планеты покинули город. Или же какая-то экспедиция потерпела катастрофу, и он просто подобрал то, что от нее осталось.
Пожалуй, все эти варианты можно было принять к рассмотрению, но лично мне они почему-то казались не слишком правдоподобными. Карлик сказал, что мы первые, кто вернулся из другого мира без его помощи. Но это могло быть откровенным враньем, рассчитанным на то, что мы возомним себя редкими умниками и на том успокоимся. А на деле мы ведь не сами выбрались из бескрайней пустыни, нас попросту вышвырнули оттуда. Так что, согласитесь, вероятность того, что и другим вернувшимся в город экспедициям тоже просто дали пинка под зад, была велика. Небось обитателей этих миров уже достало, что к ним постоянно забрасывают кого попало, вот они и решили своими силами выдворять непрошеных гостей обратно. Чем плоха гипотеза?
Но нельзя также исключать вариант, что не всех чужаков вышвыривали обратно, а значит, их пожитки оставались у гнома и его приятелей лошадок. С другой стороны, непонятно, какая им польза от всех этих вещей? Вряд ли барахло имеет тут хоть какую-то ценность. Сама планета – ловушка для всех прибывающих кораблей, так что торговля исключается. Ну, гном, конечно, немного барыжил на местном уровне – он ведь продал мозг Роско кентаврам, но особо на этом не заработаешь.
– Кстати, о гноме, – сказала Сара. – Вы грозились взять его с нами, а потом передумали. И напрасно: лично мне было бы спокойнее, если бы он был рядом, так мы могли бы за ним присматривать.
– А я бы не вынес его вечных причитаний и стонов. И признайте, в моем решении был свой резон: мерзкий карлик, узнав, что мы не поволочем его за собой, так обрадовался, что без звука выдал нам все, что нужно. Включая тело Роско, воду и карты.
Какое-то время мы шли молча, но я чувствовал, что Сара еще не выговорилась. У нее явно накипело, и ей хотелось вывалить все это на меня. Долго ждать не пришлось.
– И еще мне не нравится этот ваш Ух, – заявила она. – Ну до чего жуткий: как гляну, так прямо аж мурашки по коже.
– Вообще-то, Ух спас нас от разбушевавшихся лошадок, – напомнил я ей. – Думаю, вас напрягает, что вы не понимаете, как он смог такое сотворить. А вот меня это совершенно не волнует, главное, что Ух с нами, и, если вдруг попадем в переделку, он снова использует эту свою силу. И меня абсолютно не смущает его внешний вид: нам нужен такой полезный компаньон.
Сара зло сверкнула глазами:
– Симпатия, которую вы испытываете по отношению к нему, – пощечина всем остальным. Вам откровенно не нравятся Джордж и Тук; со мной вы, правда, вежливы, но это явно дается вам с трудом. Вы называете всех вонючками и паршивцами, а мне не по душе те, кто так обращается к людям.
Сделав глубокий вдох, я начал было считать про себя до десяти, но не выдержал и сорвался:
– Мисс Фостер, уверен, что вы не забыли о том, какую кругленькую сумму перевели на Земле на мой банковский счет. И в данный момент я как раз занят тем, что отрабатываю эти деньги, только и всего. И я отработаю их, что бы вы там ни говорили. Я не должен вам нравиться, и вы не обязаны одобрять мои действия, но позвольте заметить: вы, как и все остальные, подписались на эту безумную затею. Я возглавляю экспедицию, потому что вы так решили, и я, нравится вам это или нет, буду ею руководить, пока мы не вернемся на Землю… если, конечно, вообще вернемся.
