| "The fact is that Carey has no sense of beauty," he smiled. | - Дело в том,- замечал он,- что Кэри лишен чувства прекрасного. |
| "He has a middle-class mind." | У него мещанская психология. |
| He was very sarcastic to Philip, and Philip exercised a good deal of self-control in his dealings with him. | С Филипом он всегда разговаривал иронически, и тому нелегко было удержаться от резкостей. |
| But one evening he could not contain himself. | Как-то вечером он не стерпел. |
| He had had a hard day at the hospital and was tired out. | У него выдался трудный день в больнице, и он страшно устал. |
| Leonard Upjohn came to him, while he was making himself a cup of tea in the kitchen, and said that Cronshaw was complaining of Philip's insistence that he should have a doctor. | Леонард Апджон пришел к нему на кухню, где он готовил себе чай, и заявил, что Кроншоу жалуется на то, что Филип изводит его, уговаривая показаться врачу. |
| "Don't you realise that you're enjoying a very rare, a very exquisite privilege? | - Разве вы не понимаете, какая вам выпала редкостная, почетная участь? |
| You ought to do everything in your power, surely, to show your sense of the greatness of your trust." | Вам следовало бы сделать все возможное, чтобы оправдать оказанное вам высокое доверие. |
| "It's a rare and exquisite privilege which I can ill afford," said Philip. | - Эта почетная участь мне не по карману,- сказал Филип. |
| Whenever there was any question of money, Leonard Upjohn assumed a slightly disdainful expression. | Как только речь заходила о деньгах, Леонард Апджон принимал слегка пренебрежительный вид. |
| His sensitive temperament was offended by the reference. | Эта тема коробила его чувствительную натуру. |
| "There's something fine in Cronshaw's attitude, and you disturb it by your importunity. | - В поведении Кроншоу есть своя красота,-продолжал он,- а вы раните его своей назойливостью. |
| You should make allowances for the delicate imaginings which you cannot feel." | Вам следовало бы бережнее относиться к тонким чувствам, которые вам самому недоступны. |
| Philip's face darkened. | Лицо Филипа потемнело. |
| "Let us go in to Cronshaw," he said frigidly. | - Давайте зайдем к Кроншоу,- холодно сказал он. |
| The poet was lying on his back, reading a book, with a pipe in his mouth. | Лежа на спине с трубкой в зубах, поэт читал книгу. |
| The air was musty; and the room, notwithstanding Philip's tidying up, had the bedraggled look which seemed to accompany Cronshaw wherever he went. | В комнате нечем было дышать; несмотря на все усилия Филипа, в ней царил беспорядок; вокруг Кроншоу всегда было неопрятно, где бы он ни жил. |
| He took off his spectacles as they came in. | Когда Филип и Апджон вошли, поэт снял очки. |
| Philip was in a towering rage. | Филип едва владел собой от бешенства. |
| "Upjohn tells me you've been complaining to him because I've urged you to have a doctor," he said. | - Апджон мне заявил,- начал он,- будто вы жалуетесь на то, что я прошу вас показаться врачу. |
